жизнь в режиме read-only

кто-то пел...

2010-01-07T14:55:42Z

Где это всё?
Приманка была перед носом...
Закрытая дверь
Не откроет пути в никуда
А я точно знал
Что сложно, а что слишком просто
И точно хотел
Того, что ценней серебра

Кто это был?
Только что в зеркале хмурый
Наверно мираж...
Придется поверить - мираж
Жизнь бьет ручьем...
В каких-то "там" и "как будто"
Приманка была...
А оказалось - блажь

Где это всё?
Мир был так прост, как два пальца
Всё было ясно,
Как солнце утром зимой
Не было туч,
И не был никто седым старцем
Был только
Строящий надежду из дерева Ной

Где это всё?
Ковчег уплыл без хозяев,
Без каждой твари,
И без пар для каждой из них
Кто это был?
Точно никто не знает
Похититель надежды
Просто такой же старик

Где это всё?
Музыка тихо играет,
И голос поет,
Отдалясь на каждый слог
Странная штука
Эта хитрая память
И эта наивная вера
В то, что где-то есть бог

Где это всё?
Наверно не так уж и важно
Вера слепа,
Но у слепоты есть предел
И, знаете, мне
Не будет достаточно страшно...
Лишь бы играла
музыка...
И кто-то пел...

растрепанный мир

2010-01-04T17:31:07Z

Растрепанный мир ласкает глаза
Красивый, доступный как вечером блядь
Гори все неоном, ни шагу назад
Лучше вперед? Нет, лучше не знать.

Сотни дорог - успевай выбирать
Куда понесет, за какие пределы
В погоне за счастьем. Лишь бы не спать
И обмануть вечную бренность тела

Неважно - газ в пол или просто бегом
Но нужно спешить, спешить за приманкой
Растрепанный мир - посмотри, он кругом
Тебя только ждет, крути же баранку

Нужно успеть. НУжно успеть
Куда? Я не знаю, но время покажет
Через огонь, воду и потом медь
Труб, что всегда, постоянно на страже

Смелость - удел смельчаков и тупых,
Не думай об этом - ты точно из первых.
Растрепанный мир не любит вторых,
И это - единственное что всегда верно

Еще поворот, и еще, и еще -
Клубок Ариадны разорван на части
Растрепанный мир принимает зачет -
Не упади в погоне за счастьем

Правила есть, но случай не тот -
Кто-то всегда кому-то мешает.
Но каждый сам для себя первый сорт.
И не преграда двойная сплошная

Не думай об этом, совесть - фантом.
Растрепанный мир твоей игре рад
Нужно спешить, остальное потом,
Гори все неоном. Ни шагу назад...

больнее падать

2009-12-31T15:46:16Z

Оттолкнись от земли - а может взлетишь?
Выше вьюги, разрывающей воздух так грубо
Подниматься рывками, цепляясь за тишь
И неважно, что будут обветрены губы.
Ненадежные пряди воздушных путей
Уведут в никуда... почти до конечной
Сколько будет секунд позади, сколько дней?
Что ты скажешь? Прощай? Нет, лучше "До встречи"

Эти капли почти как роса,
Этот воздух сухой как влага,
Только ты все равно не бросай,
Потому что больнее падать...
И пусть крылья весят 100 тонн,
И тверды облаков громады,
Я наверняка знаю одно -
Что гораздо больнее падать

Диск сознания глючит - лучше смени,
Обнови себя, чтобы сомнения стереть
Эти мысли материальны, как и
Крылья внутри тебя, что позволят взлететь
Не на что тратить силы - есть только полет,
Воздух спрячет сомнения за облака...
Ведь тебе надоело чувствовать лед?
Что ты скажешь? Прощай? Нет, уж лучше "пока".
Выше неба пустОты, а значит пойми -
Там свободное место для тех, кто взлетит
Очень просто бояться того, что внутри,
Но снаружи такой замечательный вид.
Толщина всей земли до смешного мала
И, поверь, чтоб забыть понятие "грусть"
Оттолкнись и взлети, так чтоб наверняка...
Что ты скажешь? Прощай? Скажи - "Я вернусь"...

праздник к нам приходит=)

2009-12-31T15:44:38Z

Друзья и подруги, с наступающим новым годом:)
пусть он будет лучше чем, этот)) и усть приносит только радость, улыбки и тепло:)

мужской половине френдов хочу пожелать побольше вот таких снегурок в наступающем году:

а женской... а женской... а женской, побольше таких ахуенных парней, как я)))
вот)))

с праздником:)

Чужими глазами, часть 5

2009-12-29T10:23:05Z

С Юрой мы встречаемся на вокзале. Его поезд приходит на удивление вовремя. Саша вряд ли поняла, на каком именно поезде он приедет, в смс мы такие подробности не пишем, но чтобы не рисковать, я держусь на расстоянии от платформы. Хотя кого это спасет, в случае чего? Просто одна из глупых мер предосторожности.

Вот он идет по платформе, с вечной беззаботной улыбкой. В руках только сумка с ноутбуком. Интересно, как он умудрился выглядеть таким свежим после ночи в поезде?

Я, еще раз оглядевшись по сторонам, иду ему навстречу. Мы обнимаемся.

- Как доехал?

- Все хорошо. На удивление хорошо. А где Саша?

- Потом, Юр.

Он кивает и протягивает мне пакет. В нем новый паспорт и пластиковая карта.

- Я забронировал номер в пансионате у Онежского озера. Думаю, там будет спокойней.

С новыми документами можно спокойно уехать, но далеко ли? Поможет ли вообще эта бесконечная беготня? Наверное нет. Но лучше об этом не думать. Так проще.

- Отлично. – Юра, тем не менее, невозмутим настолько, настолько спокоен, что я заражаюсь его уверенностью.

- Поехали, надо спешить.

Мы ловим машину и едем за город. Таксист заломил совершенно безумную цену, но сейчас не до этого. Сейчас важно совсем другое.

Мы приезжаем, и я вкратце рассказываю Юре, что произошло. Он совсем не удивлен.

- Я предполагал что-то подобное. Знаешь, в одном Саша была права – люди это совсем непростые.

Я только хмыкаю.

- Ну мы типа тоже сложные, и все такое, чувак – копирую голос Бивиса из старого мультика.

Юра смеется.

Через два часа раздается стук в дверь. Требовательный такой стук. Так стучат сотрудники органов. Или бывшие сотрудники, что скорее всего.

Юра, все так же невозмутимо, сидит в кресле. На коленях ноутбук с включенным вай-фай.

Я иду открывать дверь. Стараясь быть спокойным.

***

На пороге четверо. Тот самый мужик, который орал на моих горе-преследователей. Еще два парня помоложе. И девушка. Ишь ты. Девушка. Я улыбаюсь, улыбаюсь именно ей, хотя под дулами пистолета улыбаться сложно.

- Назад. Тихо и без глупостей.

Я отступаю в комнату. Не переставая улыбаться.

Юра все также сидит в кресле. Поднимает голову от экрана ноутбука.

- Так-так-так, Сергей Борисович Зверев. Вы очень похожи на свое фото в досье. Почти не изменились, а ведь сколько лет прошло? Ветеран ФСБ, можно сказать цвет общества – Юра откровенно глумится. – Скажите, сколько Вам заплатили? Или пообещали?

На лице Зверева написано раздражение. Он молчит, стараясь сдержаться. Поскольку я к нему нахожусь ближе, чувствую - именно на меня придется первый удар. Но Юру это не беспокоит.

- Нагорный, Михаил Васильевич, помошник депутата Госдумы одной из многочисленных картонных партий. А также один из руководителей крупнейшей преступной группировки Москвы. В сферу влияния которой входит ВТБ. Сколько он Вам пообещал, Александр?

- Знаешь урод, мне вполне хватит одного из вас – Раздражение Зверева прорывается наружу. Я понимаю? что до выстрела остались секунды.

И делаю вдох.

Что мы можем противопоставить бывшим сотрудникам ФСБ? Профессионалам, которых всю жизнь учили убивать? Ничего. Кроме трипа. Маленький контейнер с которым я держал в носу.

Делаю вдох, продолжая улыбаться девушке. Наде. Ее зовут Надя.

Мое тело оседает на пол, что приводит Зверева и компанию в замешательство. Но только не Надю. Не меня в ее теле. Я перевожу пистолет на него.

- Бросаем оружие, мальчики.

Они не сразу понимают что происходит. Двое, те что помоложе, оборачиваются на меня. Но не Зверев. Профессионально. Однако сделать он ничего не может.

- Ложимся на пол, друзья.

- Надя, ты…

- Ложись. Оружие в дальний угол комнаты и лежать.

Какой у нее интересный голос. Даже в чем-то приятно таким разговаривать.

- Блядь. – а вот голос Зверева куда грубей. Злости полная чаша. Он бросает пистолет в угол.

- И второй пистолет, Друг мой. – Юра само гостеприимство.

Зверев достает второй пистолет и ложится. Его лицо непроницаемо, но я понимаю, что он напряженно просчитывает свои действия. И в отличие от двух других он не в отчаянии. Его мозг работает как компьютер.

Я достаю из сумки наручники. Боюсь даже представить, где Юра их купил.

- Вам все равно не уйти – спокойно говорит Зверев.

- Спасибо за заботу, радость моя, но мы все же попытаемся. – Серей дергается, потому что это говорю я. Голосом Нади. По ходу он к ней неровно дышит.

Я застегиваю наручники на руках двух напарников Зверева. До их досье я добраться не успел, поэтому не знаю, как их зовут. Не знаю кто они. Но сейчас это неважно.

Теперь вдох делает Юра.

Его тело оседает, зато встает Зверев. Улыбается мне. И идет к ноутбуку.

Включает камеру.

И начинает диктовать. Диктовать формулу и способ приготовления трипа.

Я же говорил, что трип готовится в домашних условиях? За 7 минут? Конечно не говорил. Об этом не приятно говорить, иначе как бы мы зарабатывали деньги?

Юра (голосом Зверева) не спеша, размеренно рассказывает в камеру как делать трип. Сопровождая повествование наглядными действиями.

Эти ингредиенты можно купить в любом магазине.

Мы склонны все усложнять. Всегда считалось, что трип это что-то революционное, что-то труднопроизводимое. Госнаркоконтроль потратил кучу сил и денег на поиски лабораторий. Которых не было. Такие люди, как наниматели Зверева, тратят сотни тысяч долларов (да-да, мы знаем, сколько ему пообещали), на поиски формулы. А на самом деле все проще. Ведь на самом деле человеческий мозг хранит гораздо больше загадок и больше потенциала, чем мы с вами способны представить. И ему достаточно маленького катализатора для открытия новых возможностей.

Раньше об этом знали единицы.

Теперь об этом узнают все.

Уже скоро.

Естественно, нельзя было жить на виду. Если люди знают, что ты знаешь что-то такое, чего не знают они, у тебя это попытаются отнять. Но отнять знания можно только с жизнью, поэтому в таких вопросах лучше поберечься. Что мы и делали. Потому что за формулой всегда охотились.

Если хочешь обмануть всех, в первую очередь надо обмануть себя, не так ли? Именно это я и делал. Обманывал сначала себя, а уже потом всех остальных. На протяжении долгого времени. Залог успешного вранья – наврать себе. И на практике это не так сложно. А если прекратить врать сейчас – это очень легко. Мы врем почти всегда. 80 процентов жизни – ложь. Да, мне интересна эта сфера ответственности – когда устраиваемся на работу. Говорим это с мыслями – в рот я ебал ваши areas of responsibility, дайте мне достойную зарплату. Да, детка, я тебе весь мир подарю. Ага, только дай. А вторая мысль какая? Правильно - я гандоны то купил? Я не пил, что ты мам, это я просто устал – когда пришел, шатаясь, из клуба под утро в хлам в 16 лет… Сколько их, таких примеров? Кого мы не обманываем? Друзей… Скорее, обманываем, но в меньшей степени. Приукрашивая свои достижения. И смазывая неудачи, чтобы не напрягать лишний раз. В отношении к любому близкому человеку есть две стороны. Стараешься держать на плаву, если ему/ей плохо. И не показываешь того, что плохо тебе. Даже если хочешь что-то сказать, намекнуть, что тебе нужна поддержка, ты видишь эмоции – даже не важно положительные или отрицательные – и не хочешь грузить своими проблемами. Говоришь – все хорошо, все в норме. И они в это верят. Самые близкие люди. И от этого момента даже не шаг – меньше чем полшага до того, чтобы поверить самому.

И когда убеждаешь себя, остальные уже априори верят тому что видят. Мелких барыг, которые никому неинтересны. Естественно кто-то что-то подозревает и мы понимали что рано или поздно придется что-то делать. Именно поэтому была попытка ограбления банка с помощью трипа. Чтобы достойно уйти.

Поправка – это была не попытка. Это было ограбление банка.

Было два перевода по 10 миллионов рублей. Второй отследили. Первый был днем раньше. И участвовали в этом не только Рыжик с напарником. Мы вчетвером разработали этот план, предвидя, что долго такая жизнь не продлиться. Мир ведь постоянно меняется, и если хочешь быть на плаву, надо меняться вместе с ним. Или подстраивать под себя. Что очень сложно. Но, оказывается, сложно не значит невозможно.

Карточка, которую передал мне на вокзале Юра, с моей долей. С этими деньгами легко спрятаться. Но нам даже не придется это делать. Потому что скоро всем будет не до нас.

Юра-Сергей закончил запись. Теперь он заливает видео в Интернет. Youtube, rutube, торренты. Взломанные заранее mail.ru, google и yandex на главных страницах содержат ссылку на этот ролик. Сколько народу его посмотрит прежде чем программисты вернут пароли? Думаю, много. Новый спам-бот, написанный нашим другом, в данный момент рассылает формулу и подробную методику получения трипа на все e-mail-ы России и СНГ.

Время Юры в теле Зверева заканчивается. Он берет наручники, я застегиваю их ему на руках. Он смиренно ложится на пол, ехидно улыбаясь.

- Кажется все получается, чувак.

- Не говори гоп – улыбаюсь я

- Так ведь сейчас уже прыгнем – эти слова Юра говорит уже своим собственным ртом.

- Уже?

- Еще 5 минут. Для верности.

- Угу – я киваю.

Он делает вдох трипа. И опять оседает.

Мне осталось минут 10 до возвращения в свое тело. Я наверное установил что-то вроде рекорда, приняв получасовую дозу. Придется потом выпить цитрамон, чтобы снять головную боль. Но это не беда.

- Я вас все равно найду – Зверев садится на полу. Это нелегко – руки в наручниках за спиной, но он садится.

- Боюсь, тебе будет не до этого.

- ты уверен? – в его голосе слышится угроза. По идее, услышав такой голос, я должен испугаться. Но я не боюсь. Не сегодня.

- Понимаешь в чем дело – начинаю я – тебе нужна была форума. Так вот она. Я поворачиваю ноутбук к нему и включаю ролик. Зверев непонимающе смотрит на себя, учащего готовить трип.

- В данный момент этот ролик находится в открытом доступе на всех более-менее популярных сайтах рунета.

До Сергея еще не доходит, что мы сделали. Да это и неудивительно. Он поражен простотой получения трипа.

- Так что теперь тебе будет не до нас – возвращается Юра.

- Мы люди мирные, если нас не трогать. И не хотим лишних конфликтов. Поэтому, вчера Нагорный (не без вмешательства с моей стороны) перевел на твой счет обещанные вам деньги.

- Ты такой наивный. – Зверев хрипит. От злости и обиды. – Вы наивные. Сегодня-завтра он придет в себя, отменит перевод, а за нами начнется охота со всех сторон.

- Это ты наивный. – Юра смеется. – 2 минуты назад Нагорный Михаил Васильевич застрелился в своем рабочем кабинете. Предварительно написав записку, что устал так жить. Жить в грехе – Юра продолжает смеяться. Так что он за тобой охотиться не будет. А как ты разберешься с остальными проблемами, это решать тебе. Мы бегали от тебя, теперь ты будешь бегать от кого-то еще.

- Жизнь не всегда справедлива – говоря эти слова приятным голосом девушки по имени надя, я застегиваю наручники у нее (себя) на руках. И ложусь на пол.

Голова действительно болит. Зверев и его люди смотрят на нас. Два парня с удивлением, Зверев со злостью. Девушка только приходит в себя после моего выхода.

- Расслабься, друг. Все кончилось гораздо лучше, чем могло бы – говорит Юра

Я смотрю на экран ноутбука.

Счетчик статистики просмотров и скачиваний ролика бежит с завидной быстротой. Мы собираем оружие, телефоны, и все, что теоретически может быть электронным устройством. Очень скоро это окажется на дне Онежского озера. Прости нас, природа Карелии, сегодня мы внесем свою лепту в твое засорение.

Рано или поздно (скорее рано) Зверев и его люди освободятся. Но им будет уже не до нас.

- Куда вы теперь? – вопрос Нади риторический, она прекрасно понимает, что правды мы не скажем. Но, тем не менее, я отвечаю:

- В аптеку. За цитрамоном.

(с) Хемуль

Чужими глазами, часть 4

2009-12-29T10:21:44Z

Мы с Сашей сидим в номере гостиницы. В ее номере. До Петрозаводска мы добрались без проишествий. Машину я бросил на стоянке у Макдональдса, куда мы заехали перекусить. Какое-то время мы конечно выиграли, но Рома, как пить дать слил своим новым друзьям, на чем мы приехали, и дальше передвигаться на ней как минимум глупо. По большему счету, и сюда на ней ехать не следовало, но выхода не было.

Фигово вот так сидеть на месте и ждать. Ждать неизвестно чего. Гулять по городу в нашем положении как-то глупо, поэтому после ужина мы сидим, смотря в экран телевизора и изредка обмениваясь общими репликами. Кажется, сейчас вещает первый канал – то ли новости, то ли какая-то политическая передача, но я не особо вникаю. Смотрю на Сашу, параллельно думая о том, что я кажется окончательно запал на нее. Утром, на ресепшене, меня подмывало оформить нас в один номер, но я протупил и на вопрос администратора Саша, как-то странно глядя на меня, сказала – Два отдельных. Странное дело, обычно в общении с противоположным полом я не наблюдал в себе такой нерешительности. Почему-то, стоит встретить человека, который тебе действительно нравится. Нравится не просто внешне, а с которым ты чувствуешь почти родственную, а может и больше чем родственную связь – начинается ступор. Боязнь все испортить, боязнь совершить лишнее действие, сделать лишний шаг в итоге все и портит.

Чувствуя, что мой мозг опять начал самокопание, я переключаю внимание на экран. Там идут какие-то политические дебаты. Странно, выборы что-ли скоро? Кандидаты куда-то там, а может не кандидаты, а просто члены противоборствующих партий активно спорят, между обещаниями волшебным образом сделать всем счастье вот уже завтра, переходя на личности. Я морщусь. Мы все время ждем, что вот-вот появится кто-то очень умный, добрый и бескорыстный. И позаботится о нас. Не думая о том, что умному человеку не нужна ни политика, ни заботы о долбоебах, которые не могут заботиться о себе. Политика по сути удел людей с амбициями. И при этом до банальности недалеких. Тех, кто не может добиться успеха другим путем, кроме дороги через грязь. Ты не умеешь петь, не умеешь рисовать, ты тупой от природы – учителя плевались, когда тебя перевели в их класс – но у тебя есть амбиции. Ты идешь постепенно, лижешь жопу тем, кто может тебе помочь, постоянно прогибаешься, кидаешь соратников и коллег - а потом (если повезет, а везет судя по пословицам именно дуракам) получаешь место в администрации какого-нибудь округа, села или хрен знает чего еще. От такой небывалой радости и успеха, свалившегося на тебя, ты продолжаешь делать карьерный рост (читай – лизание чужих задниц) с удвоенной силой… и выбиваешь в «люди». «Люди» в твоем понимании… я бы не назвал это людьми… Как хорошо что телевизор можно выключить, не вставая с дивана.

Саша переключает канал.

- Великие умы мыслят одинаково – шучу я.

Саша смеется.

- Тоже надоело слушать этих клоунов?

- Не то слово.

В воздухе повисает пауза, тянется довольно долго, я мысленно ругаю себя за это.. .Где, блядь, твое красноречие, умник?

Чтобы что-то сделать, я встаю и иду к своей сумке.

- Посмотрю, что там наши друзья делают.

Из сумки достаю пакет с трипом, кладу на стол, разворачиваю, быстро отделяю дозу примерно на 2 минуты. Молча вдыхаю, сконцентрировавшись на лице мужика, который едет за нами.

Ничего не происходит. Вообще. То есть, нет – комната стала какой-то странной. Первая мысль – он в той же гостинице, что и мы. Потом я понимаю что нет. Номер Сашин. Вот ее вещи на стуле, вот моя сумка на тумбочке. Что за хрень то? Меня уже не берет трип?

Голова поворачивается и я вижу себя. Себя расслабленно сидящего в кресле.

Блядь! Я понимаю, что этот чувак шпионит за нами. За Сашей. Смотрит где мы, и что делаем. Сука.

Тут его выкидывает и я вижу какую-то маленькую комнатку с грязными стенами. Понимаю что это туалет. Он открывает дверь кабинки и выходит. Похоже он на заправке. Точно, через большие пластиковые окна, сквозь шум дождя виден логотип BP. Ишь ты, в такой глуши BP нашел. Он (или я, или мы вместе) идет к машине. Тут меня выкидывает.

Я прихожу в себя на кресле в номере. Меня ощутимо трясет. Саша с легким удивлением смотрит на меня.

- Все в порядке?

Я кое-как киваю. Поднимаюсь, иду за сигаретами. Закуриваю, стараюсь успокоиться. Закуриваю еще одну. И еще. Удивление Саши явно растет, но она молчит. Только смотрит.

Я понимаю что мне нужно сделать, но решиться сложно. Я отчетливо понимаю, что чем дольше я вот так сижу, тем сложней будет. Поэтому еще раз подхожу к сумке и беру еще одну дозу. На две минуты. Тут же принимаю. Мне не надо даже сосредотачиваться, лицо этого мудака стоит перед глазами.

Я смотрю на мир через его глаза. Через залитое дождем лобовое стекло машины. Дорога почти пустая. Вдалеке виднеется поворот. Я мысленно считаю секунды. 1.5 минуты. Путаюсь опустить взгляд на спидометр. 130. Опасно ты водишь, дружок, проскальзывает мысль. Минута. До поворота меньше километра. Перед ним дорогу разделяет бетонный отбойник.

30 секунд. 20. Я, мысленно скрестив пальцы (мои пальцы), опускаю его руку на ручник, дергаю его вверх, одновременно резко повернув руль вправо. Как будто со стороны вижу как машина боком летит на начало отбойника. Аккурат водительской дверью. Последний штрих – рука опускается вниз, отстегивая ремень безопасности. Меня выкидывает.

Я сижу на кресле. Меня трясет. Также, как и трясло до второго трипа. Странно, я думал когда становишься убийцей, мир меняется. А он остался абсолютно таким же.

- Ты точно в порядке, Леш?

- Да.

Если бы этого не сделал ты, завтра это мог сделать он – Говорю я себе. С тобой. Или с ней. Успокойся. Будь мужиком. Жизнь жестока и за себя надо бороться. Вспоминаю о Рыжике, который погиб из-за него в том числе. Становится немного легче.

Я не думаю о том, что меня могут найти и посадить. Я думаю о том, что сделал. Особой вины не чувствую, но когда я сказал, что мир убийцы не меняется, я явно погорячился.

- Что ты видел?

- Себя. Твоими глазами – говорю я.

- В смысле?

Я открываю рот чтобы объяснить, но вижу как на ее лице постепенно проступают признаки понимания. Я реально это вижу. Морщинки вокруг глаз собираются постепенно, как тучи перед дождем на небе. В замедленной съемке.

- Он шпионил за нами? Он принимал трип?

- Да

Она какое-то время молчит.

- А второй раз?

- что второй раз?

- Зачем ты употреблял второй раз?

Я молчу. Просто не знаю что сказать. Не знаю, как ей сказать.

- Но как? Как теперь быть? – спрашивает она. Спрашивает не меня, это просто мысли вслух. Вопросы ни к кому. Сколько таких вопросов каждый задает в жизни… я думаю не меньше половины вопросов адресованы именно этому зловещему и безучастному адресату Никто.

Закуриваю еще одну сигарету. Прикуриваю долго – руки все еще дрожат.

- Ты чего дрожишь? Ты боишься? – это Саша. Волнуется за меня. Или за себя? Тоже вариант – спутник, который всего боится – херовая помощь и надежда в такой ситуации.

Надо успокоить ее. Как-то аккуратно успокоить.

- Не переживай, Саш. Все хорошо.

- Что?! Что, блядь, хорошо? А, Леш? То, что за мной смотрит какой-то ублюдок? Смотрит моими глазами?

- Сколькими глазами смотрела на этот мир ты? – тихо спрашиваю я в ответ.

Она осекается.

Но ненадолго.

Внутри меня появляется чувство сожаления. Нет, не за то что я сделал. За то, что поторопился. По-хорошему, надо было плотно следить за ним, может удалось бы узнать что он успел узнать о нас. Кому сообщил. Наверняка он кому-то сообщал результаты. Но теперь уже поздно.

Да, парень, не думал, что ты настолько циничен – говорю я сам себе.

- Леш, где он сейчас?

Что на это ответить? Я отворачиваюсь, и снова закуриваю. Такими темпами мне легких надолго не хватит.

- Да что с тобой?

- Он в машине, Сашуль – я не замечаю как называю ее ласковым именем… Тем, которым давно называю ее мысленно. Ей конечно тоже не до того, чтобы концентрировать внимание на этом.

- Куда он едет? Ты не заметил?

- Он уже не едет. – меня прорывает. Я сдерживаю эмоции, но с трудом. - Он врезался в отбойник.

- Что? Как?

Я молчу.

- ТЫ? – Внезапно она понимает? – это ты сделал?

- Да – мой голос похож на шепот

Саша тоже закуривает.

- Зачем, Леш? Зачем ты так?

- Как так? Как так, Саш? А если бы он сделал это? А? Если бы он сделал так первым? С тобой?

Ты мне слишком дорога, чтобы… - я осекаюсь.

Теперь она молчит.

- Прости.

- за что?

- что накричала на тебя

Она подходит ближе, и я молча ее обнимаю. Мельком появляется мысль что надо ее поцеловать, но я просто прижимаю ее к себе. Глажу спину, волосы. Она кладет голову мне на плечо.

- я не хотел тебе говорить. Не хотел пугать тебя

Она поднимает голову. Ее глаза смотрят прямо на меня.

- Спасибо.

Я тянусь к ее губам. Или она к моим?

Мы лежим в кровати. Ее голова на моей груди и я глажу ее плечо. А она – мои руки.

- я так давно хотел этого. Хотел быть рядом с тобой. – Я понимаю, что говорю банальности, но ничего не могу поделать. Словно голову кто-то заполнил цитатами из хреновых голливудских мелодрам.

- Я просто не решался.

- Лешка, ты такой милый – я даже в темноте вижу ее улыбку. Нет, правда вижу.

Я опять ее целую. Этой ночью наверное мы не уснем.

***

Утро кажется проникает под кожу. Заставляет открыть глаза, светя лучами солнца в незанавешанные окна. Саша уже встала. Я потягиваюсь. Потом вспомнив, что Юра должен написать, иду к телефону. Принятых смсок нет. Блин.

- Что, ждешь от Юры смс?

- Ну да – говорю на автомате. Потом спохватываюсь. – А откуда ты знаешь? Я тебе не го…

- Он подъезжает, Леш.

- Саш, я все понимаю, но какого хрена лазить в мой телефон?

- Ты бы обернулся

Я оборачиваюсь. На меня смотрит Саша. И дуло пистолета.

- Может объяснишь что это значит? – Я знаю, как важно быть спокойным. Не показывать страх. Не показывать удивление. Не показывать долбанную беспомощность, которая разрывает изнутри.

- Сейчас сюда приедут. И ты им все расскажешь. Про трип, про формулу. Ты и Юра.

- Что, позвонила уже? Я даже не услышал. – говорю это только чтобы выиграть время. Пустые слова из уст пустого человека другому пустому человеку.

- У меня нет их номера. Просто они тоже умеют пользоваться трипом, как ты заметил.

Получилось. Все-таки женщине только дай языком потрепать.

- Кто они, Саш? Ради кого ты нас предала? Ради кого и чего?

- Они те, кому нужна формула. Очень влиятельные люди, Леш. Люди, с которыми лучше не связываться.

- Так что ж ты связалась?

- Тебе бы все шутить. Я же серьезно. Если вы скажете формулу трипа, с вами ничего не сделают.

Я смеюсь.

- Девочка, ты меня с кем-то путаешь. Если бы я знал формулу трипа, я бы здесь не сидел. Не знаю кто эти твои «очень влиятельные люди», но вы здорово ошиблись.

- Это ты им расскажешь. Под пентоналом натрия.

- Вау. Ты знаешь умные слова. – я откровенно глумлюсь. Надо как-то вывести ее из себя.

- Так, закрой рот. – Кажется получилось

- Сядь на диван и замолчи.

- Слушаюсь и повинуюсь.

- Леш, ты мне правда нравишься. Но так будет лучше. Я тебе обещаю, что все будет хорошо. С тобой и Юрой. Если вы сделаете то, чего от вас ждут.

- Саш, объясни мне одно.

Она вопросительно смотрит.

- Ты ж знала, что будет сегодня утром. Вот сейчас. Зачем тогда была эта ночь?

Она долго молчит.

- Я же сказала, что ты мне нравишься.

Я не отвечаю. Не знаю что сказать.

- Если хочешь, я пытаюсь тебя спасти. Тебя и Юру.

Я снова молчу. Спасительница. Мать Тереза, блин.

В таком молчании проходит около часа. Саша начинает нервничать. А я… а я давно нервничаю. Надо что-то делать. Но что тут сделаешь?

- Что, не едут твои друзья? – говорю с иронией.

Молчит

- А ты посмотри, где они. Используй новейшие методы связи.

- Ты всерьез думаешь, что я на это поведусь? Нет, Леш. Хотя знаешь что? Ты посмотришь где они.

Она подходит к сумке и достает трип. Отсыпает маленькую дозу.

- Ты помнишь их лица. Просто посмотри где они сейчас. И без глупостей, пожалуйста.

- Конечно-конечно, дорогая. – я улыбаюсь, просто не могу сдержаться. Но она похоже не понимает почему.

Наклоняюсь и вдыхаю трип.

Вот только думаю я не о преследователях. А о Саше.

Вижу себя ее глазами. Чужими глазами. Лицо такое спокойное у меня (него).

Вижу пистолет.

Дозы хватит на минуту максимум, и рисковать я не хочу.

Поэтому, делая усилие воли, подвожу руку Саши с пистолетом к виску. Ее виску. Курок спускать легко даже чужими пальцами.

Я успеваю почувствовать, как меня окутывает темнота, перед тем как теряю сознание.

Голова как будто разрывается. Хотя нет – разрывается это слишком банальное и неполное описание. Перед глазами – цветные круги. Тело ломит. Вот оказывается как это – умирать в чужом теле.

Я пытаюсь не смотреть на труп, но не получается. Саша лежит как раз посреди комнаты. В позе, достойной третьесортных детективов. Тонкая струйка крови красной улиткой ползет по полу. Только Коломбо не хватает для полноты картины.

- Я не люблю делать то, что от меня ждут, Саш. – говорю я в пустоту. Это звучит банально и в духе плохих романов. Но меня никто не видит, не так ли? Хотя в этом нельзя быть уверенным, в наше то время.

Надо уходить.

Чужими глазами, часть 3

2009-12-29T10:18:29Z

Я вижу одного из наших соглядатаев. Он стоит справа, а передо мной (перед проводником, если быть точным) стоит какой-то злой мужик. Я почему-то сразу понимаю две вещи – он либо мент, либо бывший мент. И он здесь главный. Из его ругани и сбивчивых оправданий горе-шпионов я понимаю, что Рыжик заметил за собой слежку, психанул и попытался уйти. Ушел, только не туда. И не на время. Перебегать Ленинский проспект в 8 вечера может только самоубийца. Меньше 100 там никто не ездит, поэтому шансов выжить у него не было.

- Дебилы. Вы просто дебилы. – У Сергея не было сил даже на то, чтобы дать кому-нибудь из них по морде. Хотя хотелось. Злость затуманила мозг, чего он не позволял себе очень давно. Со школы. Злость и бессилие. Упустить такую ниточку.

В рекордно короткие даже для него сроки обработать всю информацию, изучить все переданные ему досье, выйти на человека, стопроцентно замешанного в деле. И упустить. Упустить все из-за двух дилетантов. Которые не могли профессионально проследить за фигурантом.

- Сергей Борисович, мы отследили последние контакты объекта. Незадолго до… до смерти он встречался с Юрием Высоцким, его досье тоже есть среди возможных участников дела.

После этого, Юрий Высоцкий встретился еще с двумя людьми.

- Кто они?

- Мы… мы не успели их опознать. Мы записали номер машины одного из них. Это все что мы успели – после встречи с Юрием мы его потеряли.

- Поразительный профессионализм, коллеги. Просто поразительный. Вы записали номер машины – Зверев казалось смаковал их слова. – К этому времени вы уже должны были пробить хозяина по всем возможным базам. А не приходить ко мне с такой херней. Давайте сюда номер. И валите отсюда, пока я кого-нибудь из вас не искалечил.

Когда они ушли, Сергей сел на стул и тяжело вздохнул. Шансы выполнить работу, выполнить ее максимально успешно таяли на глазах. На те призрачные возможности, что давал номер машины неизвестно кого, нельзя было надеяться. Но отработать их стоило.

Он ввел номер в последнюю базу ГИБДД. Пробежав досье глазами, он вгляделся в фото, пожал плечами и снял трубку телефона.

- Достаньте мне трип. Больше вы ни на что не годитесь.

Придется использовать их методы. Когда стандартные пути работы не приносят результата, нужно браться за нестандартные. Даже если шанс слишком призрачный.

В дверь кабинета постучали.

- Войдите.

- Сергей Борисович, вот. – один из подчиненных протянул пакет.

- Быстро вы. – хмыкнул Сергей. Приторговываешь что-ли в свободное время?

- Чо вы, просто пытаемся исправиться.

- Горбатого могила исправит. Свободны.

Зверев высыпал немного порошка на стол. Еще раз вгляделся в фотографию. Господи, чем приходится заниматься, мелькнула мысль.

Через 10 минут – Зверев не рассчитал с дозой и трип действовал дольше, чем он планировал – Сергей снял трубку телефона.

- Быстро все ко мне.

Еще через несколько минут он отдавал распоряжения.

- Возможные объекты сейчас в Питере. Мне нужны все контакты этого человека– он кивнул на досье - в этом городе. Я хочу знать, где их искать. Далее, с ним едет девушка. Мне нужна вся информация на нее. Срочно.

Вы, два неудачника, отрабатываете Юрия.

Вы, ребят – Зверев посмотрел на тех, кого Нагорный рекомендовал ему, как активных, решительных и очень неглупых людей, первым же рейсом летите в Питер. Нужно найти их. Шансов, что они причастны к нашему делу немного, но они есть. И надо их отработать. Для этого надо их найти и допросить.

- Надя, - он обратился к единственной девушке в кабинете. Мы остаемся здесь, и продолжаем анализировать информацию. За тобой все контакты Алексея – он бросил быстрый взгляд на досье – Воронина и его спутницы. Будь готова по первой необходимости вылететь в северную столицу. И вы тоже, он поморщившись, кивнул на шестерок.

Мне нужен результат. И быстро.

Спустя несколько часов от напряжения начала болеть голова. Он бросил быстрый взгляд на Надю, которая сидела, уткнувшись в экран монитора. Красивая девушка, подумал он.

У Зверева не было семьи, он считал что человек, занимающийся тем, чем занимается он, не может себе позволить привязанностей. Тем более, что он почти не встречал женщин, с которыми ему хотелось бы создать что-то большее, нежели секс на несколько раз. Но вот С Надей наверное смог бы. Встреть ее на несколько лет раньше.

- Сергей Борисович, посмотрите, мне кажется это интересно.

- Просто Сергей. Для тебя просто Сергей. – Он улыбнулся. – Что ты нашла?

Он пробежал файл с информацией, которую нашла Надя. Сначала по диагонали, потом перечитал еще раз. И еще.

Потом достал мобильник.

- Владимир, вы уже в Питере? Отлично. Вам надо отработать один вариант.

Он продиктовал полученную ими информацию. Потом отключил мобильник и снял трубку внутреннего телефона.

- Быстро выезжайте в Петербург.

***

Все-таки в импрезе тесно. В ауди было гораздо просторнее. Это я так, мысленно отмечаю легкий дискомфорт. От хорошего отвыкаешь очень медленно. Полгода назад я сам ездил на такой же машине и не жаловался. А тут на тебе.

Достаю сигарету из пачки. Никотин помогает немного успокоиться. Слегка. Или шок слишком силен. Меня выкинуло сразу после фразы про записанный номер машины. Ох, не зря я поменялся, ох не зря. Я рассказываю Саше то что узнал. Завожу машину, разворачиваюсь и выезжаю на шоссе. Сейчас нельзя сидеть и залипать. Нельзя думать о плохом. Когда что-то делаешь, мысли о плохом никуда не денутся, но отойдут на второй план. Мы едем по утреннему Питеру, я устраиваю что-то вроде экскурсии Саше. Это здание известно тем-то, вот то знаменито этим-то, а вон там – видишь? – жил тот самый…. Бред, полный бред. Мы проезжаем спальные районы, которых сто лет назад здесь толком не было. Но она слушает. А я говорю и говорю, не давая ей времени подумать о том, что я несу откровенную чушь.

Уже подъезжая к дому Ромы, я понимаю, что ни разу не открыл карту. Да что там, карты Питера у меня и нет. Не такой я частый гость в северной столице. Навигатора тоже нет. Москву я знаю достаточно хорошо, чтобы верить больше себе, чем китайской технике. Такого расклада я тоже не предполагал. Однако без проблем выехал на Выборгскую набережную. Неужели то, что видишь пьяным взглядом из окна такси, откладывается в памяти? Мы въезжаем во двор. Я паркую машину, достаю телефон и звоню. Я предупредил его, что мы приедем, но вряд ли он ждет нас так скоро. Да и звонил я с другого номера, а этот он, по-моему, не знает. Может и не взять трубку в такую рань.

Зря я так – он отвечает почти сразу.

- Алло – голос сонный. Ну блин, восьми еще нет. Еще бы не сонный.

- Ром, привет, это Леха

- Привет. Не спится тебе, да?

- Слушай, ну я это… я приехал

- Ты на Московском?

- Мы у твоего подъезда

- Мы? Чую пахнет девушкой – Он имитирует голос кащея из мультиков

Я смеюсь. Смеюсь вопреки своему состоянию. Только сейчас я чувствую, как я устал. Но смеюсь. Именно сейчас я чувствую, что все хорошо. Я у друзей, а значит все проблемы остались позади. Завтра они придут опять, но сейчас ничего нет.

- Так что вы не заходите то? Вас типа надо встретить с фанфарами? Чувак, я красную дорожку как раз в химчистку отдал. Уж прости, не встретил как надо – он откровенно глумится.

- Так ты код скажи

- Детка, моя квартира 27.

Мы выходим из машины. Я, помедлив, беру сумку, Саша делает то же самое.

Я и Ромка сидим у него на кухне. На столе бутылка текилы (почти пустая), лимон и какая-то еда. Кажется, ее нам приготовила Саша, перед тем, как пойти спать. Я спать не хочу – проспал почти весь день. Вырубился через полчаса после того как мы зашли к Кириллу. Успев обрисовать ему, что нам надо спрятаться на время, спросить как дела и выслушать ответ. Когда я проснулся, Саша возилась на кухне. Сразу после того, как я принял душ, пришел Ромка. Из магазина. С текилой, лимоном и соком. Мы немного посидели втроем и Саша ушла спать. У нас теперь с ней посменная жизнь – ловлю я себя на мысли.

Я почти не пьянею, хотя мы осилили уже почти литр. Кириллу я обрисовываю общую ситуацию – у нас проблемы, нас могут искать и нам необходимо где-то пересидеть недельку-другую. Дело не в доверии. Как раз ему я доверяю полностью. Просто ни к чему ему знать то что происходит. Ни к чему подвергать его лишнему риску. Я понимаю, что возможно подверг его опасности уже тем что приперся сюда. И дело не в эгоизме. И не в том, что выбора у меня нет. Я знаю, что он бы поступил так же, а я бы принял его, не задавая вопросов. Мы выпиваем еще по одной. Делимся новостями, мыслями. Я на время забываю о том, что нас ищут. Мозг очень хочет это забыть, а текила охотно помогает. Еще два подхода и текилы больше нет. Мы идем за пивом. После литра текилы на двоих (две рюмки, которые выпила Саша - не в счет) пиво это не лучшая идея. Но не для нас. Мы идем к магазину. Он закрыт. А вот там через пару кварталов точно открыт. Идем туда. В итоге покупаем пиво, но его уже не хочется пить. Вот сейчас я понимаю, насколько я пьян. Пиво в правой руке – пить не хочется, но с другой стороны – горло пересохло. Поэтому я его пью. Возвращаемся домой. Цедим пиво на кухне.

- Я вам покажу настоящий Питер –слова Ромы очень сильно искажает заплетающийся язык, но я его понимаю. Сам такой же. Как говорится, «в говно». Мы договариваемся завтра утром поехать гулять по Питеру. Ромка уходит. Возвращается, загадочно улыбаясь. Достает из кармана кусок гаша. Достает из-за батареи бутылку с дыркой. Где-то на задворках подсознания я понимаю что дуть сейчас не стоит. Но выдумаю плюшку. Потом еще одну. И еще. Разговор приобретает все более бредовые формы. В итоге, примерно через пару часов, мы расходимся спать. Я бы сделал также на его месте. А я сейчас и есть почти на его месте. В его квартире. В его городе. В его жизни. Как бы она не изменилась в худшую сторону после этого. По накурке эта мысль кажется такой невинной. Такой забавной. Ее тут же вытесняют другие мысли. Это алкоголь – я не успеваю залипнуть, не успеваю сосредоточиться на чем-то одном. Мысли кружатся в голове как торнадо, который замедлили в сотни тысяч раз. Их много, но они настолько неторопливы, что кажется можно увидеть всю их глубинную подноготную. Я ложусь и сразу засыпаю.

Я не верю в шестое чувство. Никогда не верил. И наверное в том, что я проснулся в 6 утра виноват сушняк, а не разные там предчувствия. Голова не болела, но была как будто затянута дымкой. Таким осенним туманом. Это спасибо траве. И дико хотелось пить. «Ла-ла-ла-ла, с похмелья мутно. Ла-ла-ла-ла, всем с добрым утром» - вспомнилась песня ЮГ-ов.

Где-то минуту я собирал остатки силы воли по разным уголкам мозга. Получалось не ахти, если честно. И тут я услышал шаги. Ромка наверное, больше некому. Тоже поди сушнячок - промелькнула устало-довольная мысль. Приятно что не одному тебе мутно, не правда ли?

Но судя по характерному пищанию, Ромка не пошел на кухню за водой. Он кому-то звонил. Даже с похмелья я понимал, что звонить в 6 утра нормальный человек никому не будет. Поэтому вставать я пока передумал. Пока это было просто любопытство, что может заставить такого распиздяя, как Ромка, встать ни свет, ни заря после пьянки и пойти к телефону.

- Алло. Это я. Роман, блядь, кто еще.

Нервный он какой-то, мелькнула мысль.

- Да, они тут. Вчера приехали.

Ах ты сука. Мозг отказывается поверить в происходящее. Пока отказывается.

- Жду. Жду. Помните, вы обещали что с ними ничего не случится.

Заботливый, пидор.

Ромка положил трубку.

Вот оно как бывает. Я всегда считал дружбу самым сильным из человеческих чувств. В принципе, я и сейчас так считаю, просто надо понимать, что чувства хрупки. И дружба не исключение, просто она чуть крепче, чем например любовь. Такое же стекло по сути, только чуть толще.

Интересно, что его сподвигло. Никогда не думал, что такой человек, как он, может поменять дружбу на что-то еще. Деньги? Угрозы? Хотя какая теперь разница. Факт остается фактом. И надо что-то делать. А рефлексию оставить на потом, когда на нее будет время. Если оно конечно будет.

Я обвел комнату в поисках чего-нибудь тяжелого. Долгие проводы сейчас не к месту. Лишние слезы, и все такое.

На столе стоит лампа, на вид довольно тяжелая.

Я тихонько встаю, и, стараясь не шуметь (насколько это возможно в моем состоянии), иду к столу. Слышу, как в ванной начинает шуметь вода. Похоже мой добрый преданный друг решил умыться. Тем лучше. Беру лампу (действительно тяжелая) и иду к ванной.

Ромка не слышит меня, даже когда я открываю дверь. Чтобы дальше не испытывать степень своего везения, я быстро подхожу к нему и бью по затылку. Он медленно, словно это замедленная съемка в кино, падает на кафельный пол. Я тащу его на кухню, потом иду в комнату, беру простыню, рву ее на несколько частей и связываю его. И мне даже не стыдно. Еще год назад наверное было бы. Но не сейчас. Слишком много всего происходит. А может я давно стал жестче, просто не замечал этого, пока не попал в критическую ситуацию.

Выкидываю в окно его мобильник. Надо будить Сашу и валить.

- Лееееш, дай поспать.

Я бью ее по щекам. Легонько.

- Сашка, вставай. Саш, нам надо сваливать.

Она нехотя открывает глаза.

- Что случилось?

- Ромка слил нас. Надо собираться и уезжать, пока сюда не приехали.

Нет, Саша мне положительно нравится все больше и больше. Ни говоря не слова, она встает и быстро одевается.

Я иду в прихожую и звоню в милицию с домашнего телефона Ромки и говорю что в мою квартиру кто-то ломиться. Если повезет, менты приедут как раз когда нагрянут наши преследователи. Потом перерезаю телефонный кабель. Мы выходим из дома и садимся в машину.

- Куда мы едем?

Я молчу. Потому что пока не знаю куда. Пожимаю плечами.

- Ну ты умеешь успокоить. Саша смеется. Нервным смехом.

Да уж, погуляли по Питеру.

- Я останавливаю машину на обочине и пишу смску Юре.

Потом говорю Саше, что мы едем в Петрозаводск и резко трогаюсь с места.

Надо бы посмотреть как там наши неизвестные друзья, но я слишком на взводе и подсознательно (сознательно впрочем тоже) хочу оказаться как можно дальше от опасности.

- Боишься? – спрашивает Саша.

Ах ты умница. Тебе же самой страшно, а ты меня пытаешься поддерживать. Мне становится стыдно за то, что я нервничаю.

- Ну так, слегка. – Отвечаю я.

- Хочешь я посмотрю что там происходит?

Точно, умница. Хотя я в этом никогда не сомневался.

- Да, давай

Саша берет сумку с заднего сиденья и достает трип.

Я жду, сосредоточившись на дороге. Машин в это время мало, поэтому ехать одно удовольствие.

Через пять минут Саша возвращается. Если это можно так назвать.

Я даю ей пару минут, чтобы прийти в себя и спрашиваю:

- Ну что там?

Она молчит. Потом начинает смеяться. Я бы сказал ржать, будь она мужчиной, но к девушкам такие слова применять я не люблю. По крайней мере, к девушкам, которые мне нравятся.

- Все получилось как нельзя лучше. – Саша наконец успокаивается и начинает рассказывать. – Похоже милиция приехала как раз вовремя, и как водится, не разбираясь, забрала всех в отделение. Когда я влезла в голову к Роме, он и еще два каких-то типа сидели в милицейском уазике.

Я смеюсь.

- Похоже какое-то время мы выиграли.

***

- Твою мать! – Зверев в сердцах бросил телефон на пол. – Они снова их упустили.

Злость заполняла все сильней и сильней.

- Они ушли. Он опустился на стул. Стоять уже не было сил. То есть, силы то были, но их слишком сильно хотелось направить на что-то деструктивное. Раньше он не позволял себе неконтролируемой агрессии. Но все меняется. Эта работа отняла слишком много сил и нервов. Слишком многое было поставлено на карту. Слишком хотелось победить.

Столько сил было приложено, чтобы убедить Романа (подкупом и угрозами) сдать им Алексея. И теперь все пошло прахом. Опять они ускользнули в последний момент. Вторая ошибка непозволительна для профессионала его уровня. Он и первых то не допускал в своей работе. А тут на тебе.

- Надя, мы вылетаем в Питер. Сейчас же. Найди ближайший рейс. Далеко оттуда они не уедут – побоятся. Если вдруг, в чем я сильно сомневаюсь, они поедут в аэропорт, их там будут ждать. С вокзалов нам тоже передадут информацию. Нужно найти в Питере машины. Я сам позвоню Владимиру, чтобы он все организовал.

Он немного отдышался.

- Хорошо еще что эти два неудачника уже вылетели в Питер. Может на этот раз от них будет толк.

Он поднял телефон с пола.

- Это Зверев. Ваша задача найти их. Чтобы к нашему приезду вы знали, где они. Воспользуйтесь трипом и идите по их следу. Только на этот раз не спугните их .Ближе чем на километр вообще не приближаться. Просто узнайте где они. Надеюсь вы справитесь.

Он положил трубку.

- Надя, что удалось найти на его спутницу?

- Почти ничего – она пожала плечами. По одному описанию мало что можно сделать.

В этот момент зазвонил телефон. И номер снова не определился, как в тот день, когда все это началось. Впрочем, надпись «неизвестный номер» теперь давала представление кто звонит.

- Да, Михаил Васильевич?

- Сергей, я смотрю пока результатов немного.

- Мы работаем. Но пока действительно немного.

- Мы тоже работали. И похоже нашли вариант, который обеспечит нам успех. Это касается девушки, которая едет с этим вашим Алексеем.

Вашим. Скорее твоим, подумал Сергей. Но вслух естественно этого не сказал.

- Я слушаю.

- Лучше зайди ко мне. Сейчас.

***

Чужими глазами, часть 2

2009-12-29T10:16:55Z

Иногда мне хочется бросить все и уехать. Банальное такое желание, не так ли?

Ради справедливости скажу, что последнее время реже. С тех пор как появился трип, жизнь не приобрела каких-то принципиально новых красок, не стала сочнее, но, как это ни парадоксально, появился какой-то новый стимул. Возможность саморазвития в условиях командной работы, говоря корпоративным языком, который так любят употреблять к месту и не к месту на моей, существующей больше для прикрытия и создания видимости порядочной жизни, чем для получения дохода, официальной работе. Где я и нахожусь в данный момент. Вот, кстати только что кто-то эту фразу и выдал. Анна Витальевна (или Васильевна, хер ее знает) – руководитель отдела управления персоналом выдает длинный, исполненный праведного гнева монолог о нарушениях корпоративной этики. Я пытаюсь слушать, но с трудом улавливаю общий смысл ее пламенной речи среди нагромождений бизнес-лексики (Тим-спирит, … и тд). Плюс ко всему, меня гораздо больше волнует происходящее с Рыжиком, нежели то, что кто-то там нарушил распорядок рабочего дня. Надо было из-за этого собирать половину сотрудников офиса на собрание, и терять на это время. Рабочее время, между прочим. Вот такой я нелояльный к политике управления персоналом человек. Ну давайте уже публично казним этих подонков и я пойду, чуть ли не говорю я вслух. Про себя думаю что мне точно нужен отпуск, и одной неделей мой руководитель не отделается. Прикидываю что в отпуске я не был где-то с полгода и мысленно улыбаюсь. Нет, не мысленно. Анна Витальевна перехватывает мою улыбку и неодобрительно морщится. Едва заметно, ибо в капиталистическом рабстве не принято выражать свои эмоции. Вслух ничего не говорит, но через пару минут вплетает в свой монолог фразу о том, что, к сожалению, не все осознают важность чего-то там. Я пишу смску секретарше отдела с просьбой перезвонить. Через минуту у меня звонит мобильник, я извиняюсь и выхожу из переговорной.

Пока продолжается собрание, я успеваю просмотреть все текущие дела, прикидываю что успею закончить до конца недели, что подождет, что можно кому-то переадресовать.

Когда начальник возвращается (на его лице написано, что собрание затрахало его еще больше чем меня) я тут же захожу к нему с заявлением об отпуске до конца месяца. После недолгих стандартных обменов «как же мы тут без тебя?», «я всегда доступен по мобильнику» и т.д я несу подписанное им заявление в отдел управления персоналом. Довольный отдаю его нашим сотрудницам отдела управления персоналом.

- Куда поедешь, Леш?

- В монастырь. Буду работать над укреплением своей корпоративной сознательности – говорю я и головой киваю в сторону кабинета их начальницы. Девушки смеются.

Остаток дня я посвящаю делам, хотя настроение уже совсем нерабочее.

- А когда оно у тебя было рабочим то в последний раз? – говорю я сам себе. Однако я сосредотачиваюсь, и какое-то время довольно продуктивно работаю. Время пролетает быстро, я замечаю что большая часть коллег уже ушла. Выключаю ноут, сажусь в машину и еду домой. Сегодня даже лихачить не хочется, хотя машин на удивление немного.

Я еду, слушаю placebo и думаю о Саше. Клевая она все-таки.

Звонит телефон. Дисплея я не вижу – у меня гарнитура, поэтому я просто нажимаю Ответ вызова, надеясь что может это Саша и звонит. Но нет, звонит Юра, просит подъехать в суши-баре на Новослободской. Мне в принципе почти по дороге, я говорю, что буду через 10 минут и отключаюсь.

Видимо мне сегодня везет, я умудряюсь припарковаться прямо напротив входа, что для 8 часов вечера редкость. Юрка сидит на втором этаже, в зале для курящих. Мы здороваемся, я закуриваю и начинаю листать меню. Делаю заказ, официант кивает и уходит. Юра говорит полушепотом:

- Я сегодня Рыжика видел

- Охренеть, и как он? – говорю я. Говорю слишком громко, чем Юра явно недоволен. Я жестом показываю что извиняюсь и он продолжает

- Как затравленный зверь. Домой нельзя, к родственникам нельзя, к девушке нельзя. За их квартирами следят. Слава богу, он успел снять с карточки какие-то деньги, но на следующий день карточку заблокировали.

- Серьезно… - я не знаю что еще сказать. - Слушай, ну ему же по сути ничего нельзя пришить. Подозрения в суд не принесешь.

- Леша, я тебе удивляюсь. Ты где живешь, а? Ночь в отделении и ты сам все напишешь, и еще пару висяков на себя возьмешь - лишь бы тебя перестали пиздить.

- Да, ты прав. – возразить тут нечего.

- За нас не брались серьезно, пока это были детские шалости. А теперь, когда они поняли, что мы на самом деле можем, и чем это грозит… - Юра замолкает

- Нам пиздец. Юр, нам же хана. Я имею в виду, тому что мы делаем.

- Знаешь, ладно мы. Мне страшно представить, что будет с миром. Никто ведь не понимал, что за зверя выпустили на свободу. Никто, пока Рыжик не показал его истинную натуру. И возможности. Теперь никто из людей не сможет спрятаться. Не сможет быть в личном пространстве. К тебе всегда смогут прийти.

- Конечная стадия – говорю я.

- В смысле?

- В смысле, наши телефонные разговоры пишутся. Наши е-мейлы при желании можно было посмотреть. Сколько еще примеров можно привести… А теперь можно даже жить за нас.

- Что делать будем, Леш?

- Надо понять как много народу осознало что происходит. Я в принципе могу предположить что наказание за трип увеличат, и в итоге он будет исключительно в распоряжении сильных мира сего. Мне такой расклад не нравится, но что с этим делать я не знаю.

- Они ведь пока ни в чем не уверены.

- Пока не поймали Рыжика. Или нас. – от такой мысли мне становится совсем хреново. Меня могут поймать.

Юра молчит.

- Знаешь, я как чувствовал. Взял отпуск до конца месяца.

- А я сейчас еду на Украину. У меня бабушка под Днепропетровском и я не думаю, что там меня будут искать слишком рьяно.

- Привет ребята – к нашему столику подходит Саша.

Мы вяло здороваемся. Даже я здороваюсь без энтузиазма. Слишком тяжело воспринимать то, что жизнь поменялась. Вот так, за несколько минут. То есть, менялась то она постепенно, но мы этого не замечали. А теперь - здрасьте ребята, извольте пожаловать в новый мир.

- А вы чего такие грустные?

Юра пересказывает ей то, что только что слышал я. Я по ходу добавляю какие-то реплики.

Жду, что Юра позовет ее с собой, но он молчит.

Я, неожиданно для себя, говорю:

- Ты не хочешь поехать со мной? В Питер? У меня там знакомые, думаю спрячемся где-нибудь. Переждем какое-то время.

- Когда выезжаем? – она не тратит время на раздумья.

- Как только сумку соберешь. Билеты я закажу как приеду домой.

- Вот и отлично – Юра встает. – ребят, мне правда пора.

Мы пожимаем друг другу руки. Юра уходит. Я жду пока Саша поест, оглядываю зал. Замечаю что за одним из соседних столов сидит 2 человека, а не три. А 10 минут сидело трое, это я точно помню. Я искал взглядом официанта, чтобы попросить еще сок, и обратил внимание на них, как на контраст. Что делают 3 мужика лет под 40 в суши баре? Где сколько себя помню 80% посетителей молодежь.

Смотрю в окно – Юра подходит к машине, садится. Мужик, который ушел с соседнего стола, садится в машину неподалеку. Едет за Юрой. Едет за ним, а не на Садовое, и не в сторону ТТК, что само по себе странно. Я достаю телефон – пишу Юре «Тебя пасут, будь осторожней»

Написав, понимаю, что нас теперь тоже в общем-то пасут. И Сашу надо как-то оградить. Есть надежда что они сели нам на хвост только здесь, и значит не знают где она живет. Пока не знают.

Саша доела, я жестом прошу счет. Расплачиваюсь, покачиванием головы показав Саше, что ей платить не надо. Мы выходим на улицу.

- Напиши как закажешь билеты, я соберу сумку.

Она явно нацелилась идти к метро.

- Я тебя подброшу

- Да брось, тебе не по дороге совсем

- Ничего – я стараюсь, чтобы она не почувствовала моего волнения. Ее-то ни к чему волновать. Успеет еще, слишком веселая у нас жизнь начинается.

- Пробки же

- А мы объедем – улыбаюсь я ей, и взяв ее под руку подвожу к машине.

Открываю ей дверь. Не от избытка вежливости – это позволяет мне обернуться назад. Без палева так, вполне естественный жест. А я становлюсь параноиком. Или всегда им был, а сейчас он просто занял доминирующее место.

Эти два друга выходят из кафе. Направляются к машине. Я сажусь за руль, не спеша сдаю назад, чтобы выехать на Новослободскую. Параллельно в зеркало замечаю машину в которую они садятся. Форд Фокус, светло-серого цвета. Таких в Москве куча. Ну все, можно ехать. Я, дождавшись просвета в потоке, резко трогаюсь с места. К счастью машин не очень много и можно ехать агрессивно. Посмотрим, как Фокус догонит мою S-4. Я въезжаю на третье кольцо, резко перестраиваюсь в левый ряд. Я даже никому не успел помешать, двигатель моментально позволил машине набрать скорость потока. Между туннелем и эстакадой есть пространство без разделительного отбойника посередине, и я этим пользуюсь. Ручник вверх, руль влево – я разворачиваюсь на полосу встречного движения. Гонки в Тушино зимой даром не проходят.

- Я гляжу, ты гонщик. Или на меня впечатление так пытаешься произвести? – Саша говорит якобы неодобрительным тоном. Видно, что мой маневр ее заинтриговал.

- Что ты, я и пытаться не смею – кажется, я опять несу чушь. Глянул в зеркало заднего вида – форд резво въезжает в туннель. Они так и не поняли, куда я делся.

- На самом деле там просто развязка неудобная чтобы на эту сторону выехать – типа оправдываюсь я.

Саша смеется.

Я довожу ее до дома, потом еду к себе. Собирать вещи. Это занимает у меня примерно 10 минут – большая часть времени уходит на идентификацию чистых и не мятых вещей. Помедлив, кидаю в сумку пакет с трипом. Пригодится. Опасно конечно, но с другой стороны – если будут брать, то подкинуть чего-нибудь не проблема. Волков бояться… , как говориться. Закончив собирать сумку, я достаю из ящика стола сим-карту. Я купил ее примерно год назад, зарегистрирована она не на меня, так что звонки по ней не отследят точно. У Юры тоже есть такая. На рабочий номер мобильника я устанавливаю автоответчик, потом залезаю в корпоративную почту, ставлю «Out of office», выключаю ноут и кладу его в сумку.

Внезапно мне приходит в голову мысль, что машину могут отследить на выезде из Москвы. На всех шоссе перед пересечением с МКАДом стоят камеры, которые фиксируют и прогоняют по базе номерные знаки. Так как машина зарегистрирована на меня, проблем меня найти не возникнет. Если нас ищет милиция. Да даже если нет – тяга ГИБДД к легким деньгам ни для кого не секрет. За определенную сумму сольют базу как миленькие.

Ехать на поезде, после того как я заметил за нами слежку, не хочется. В худшем случае, примут прямо при отправлении, в лучшем – будут знать где мы. Думаю, что делать с машиной, параллельно меняя симку в телефоне. Выключить. Включить. Пин код. Сразу же приходит смс от Юры. С резервного номера. «Спасибо». «Ушел?» - пишу я в ответ.

Через пару минут приходит ответ – «Да. Я уже в дороге, удачи». «И тебе, мужик» - пишу я.

Тем временем мне в голову приходит идеальное по своей простоте решение. Я звоню demon-у – моему знакомому по Impreza клубу. Раньше, до ауди у меня была субару и я иногда тусовался с их клубом. Да и сейчас поддерживаю контакты.

- Привет, это catcher. Catcher in a rye – мой ник в сети.

- Привет, как ты?

- Да как-то сложно. Слушай, Миш, ты не хочешь на S-4 недельку погонять?

- Ты мне ее подаришь что-ли? – Смеется demon

- Долго рассказывать, мне надо уехать из города на чужой тачке

- Проблемы какие-то?

- Надеюсь что нет, я просто параноик – шучу я

- Да не вопрос. Приезжай, махнемся.

- Только это… мне срочно нужно. У тебя страховка открытая?

- Да.

- И у меня. Ты дома сейчас?

- Нет, у тебя точно что-то случилось – он вроде как озадачен, но голос по-прежнему веселый – Записывай адрес.

- Спасибо Миш.

Я проверяю что взял все что нужно. Понимаю, что Саша то все еще считает что мы едем завтра. Включаю комп, пишу из инета ей смс «Я заеду через час, собирайся. Л.». Все, можно ехать. Я выхожу из квартиры. На улице темнеет.

Саша явно удивлена такой спешкой, но дверь открыла уже полностью собранной. Я вкратце объясняю ей причину спешки, она понимающе кивает. Мы выходим из дома, она вертит головой. Ищет мою машину. Я кивком показываю ей на черную импрезу.

- Да у тебя целый автопарк

- С другом поменялся – объясняю я.

Demon без лишних вопросов отдал мне ключи и документы, объяснил как отключать защиты, которых он понаставил на свое авто, и мы разъехались. После ауди на субару ехать непривычно, но машина у него на уровне, надо отдать должное. Видно, что он в нее вкладывался. Моей тачкой он тоже остался доволен.

Мы с Сашей садимся в машину, я трогаюсь и мы едем к Ленинградскому проспекту. Ксеноновые фары, освещавшие ее темный двор, меркнут под светом фонарей на обочинах более оживленных дорог. Машин мало и мы без проблем проезжаем МКАД. Саша задремала, а я думаю о том, насколько смешны все эти попытки спрятаться, замести следы - выглядели бы для профессионалов. Паранойя подсказывает нам нестандартные ходы, в экстримальной ситуации мозг начинает работать быстрее, и таким образом ты можешь обыграть другого человека. Или нескольких человек. Но бессмысленно и даже глупо пытаться переиграть профессионалов, если они нацелятся поймать тебя и забрать то что им нужно. Ни в нашей стране, ни в какой другой личность отдельного человека не имеет абсолютно никакой ценности для сильных мира сего. Тебя не трогают, пока ты не мешаешь. Тебя подкармливают, если ты нужен. Но когда собака перестает быть полезной, к сожалению не каждый хозяин продолжает о ней заботиться. В конце дачного сезона за городом можно увидеть на обочинах много брошенных собак. Если не отводить взгляд конечно. А люди зачастую ценят других людей еще меньше чем собак. Я отчетливо понимаю, что глупо питать какие-то иллюзии что вот сейчас мы уехали из Москвы, пересидим пару недель и все будет хорошо. Если за нас возьмутся всерьез, хорошо не будет. Единственная надежда – не возьмутся. В конце концов, мы тут вообще не при чем. Конечно лес рубят – щепки летят. И чтобы не стать щепками, надо просто какое-то время не попадаться на глаза. Возможно, это поможет. Возможно…

Саша шевелится во сне. Наверное хочет повернуться, но мешает ремень. Я включаю аварийку, сворачиваю на обочину, откидываю ей сиденье и укрываю своей курткой. Во сне ее лицо кажется мне еще красивей.

Под утро мы въезжаем в Питер. Саша проспала почти всю дорогу, проснулась буквально минут 15 назад, поэтому лицо у нее до сих пор сонное. Она то и дело зевает и потягивается.

Ночью я заехал на заправку и купил пару банок энергетика, поэтому спать мне не хочется.

Спальные районы Питера мелькают за окном, я еду не спеша. Ищу спокойное место, чтобы переждать пару часов. Во-первых, не хочется будить друзей в 5 утра, во-вторых, я всю дорогу вынашиваю в голове одну идею. Даже две идеи. Вижу кафе с довольно большой парковкой поблизости. Сворачиваю туда, паркуюсь в дальнем углу. Мы завтракаем, потом возвращаемся в машину. Хорошо, что у demon-a она тонированная.

Я достаю трип, делаю короткую дозу и думаю о Рыжике.

Ничего не происходит. Вообще. Никогда раньше такого у меня не было. Я просто смотрю на мир своими глазами. Странное ощущение – мозг настроился на «проводника», трип усилил этот настрой… А ничего не произошло. Я знаю только одну причину, почему так происходит. Только верить в нее мне не очень хочется.

С каждой секундой желание позвонить Рыжику все сильней, но я понимаю, что делать этого нельзя. Если это не какая-то нелепая ошибка, то он мертв. Только в этом случае трип не действует. Когда «проводника» больше нет.

Мелькает мысль что надо как-то узнать сводки проишествий по Москве. Но сначала я попробую другой путь.

- Ну как? – спрашивает Саша

- Никак. Вообще никак.

На ее лице шок. Шок и испуг. Она прекрасно понимает, что это может значить. Она девушка умная. Только иногда наличие ума причиняет только боль. И сейчас как раз тот случай.

Я ободряюще глажу ее по руке, какое-то время сжимаю ее ладонь.

- Держись, Саш.

Только какое тут «держись». Ее глаза на мокром месте.

- Зачем? Зачем он ввязался в это? Зачем все мы в это ввязались?

Я не знаю, что на это ответить, поэтому просто держу ее за руку. Мы сидим так какое-то время. Потом я делаю еще одну дозу.

- Попробую узнать, что случилось – отвечаю на немой вопрос.

Саша кивает. Я улыбаюсь ей настолько тепло, как только могу, еще раз сжимаю ее руку, и принимаю трип.

***

Чужими глазами, часть 1

2009-12-29T10:07:07Z

Небо. Здесь оно голубое-голубое. Когда смотришь с земли, всю эту красоту скрывают облака. Но мои глаза сейчас выше облаков. Здесь нет смога, нет серой дымки над не менее серыми высотками и хрущевками многомиллионного, разрастающегося как спрут, города города. Нет пробок. Нет алчных гаишников, суетливых пешеходов, бьющего по барабанным перепонкам переполненного метро. Так легко оказаться здесь. И так легко становится внутри тебя, когда ты на какое-то время оказываешься выше всех.
Если опустить глаза, будут видны многочисленные приборы. Еще чуть ниже – штурвал. И руки, которые его держат. Но сейчас мне хочется смотреть выше. Если правильно сфокусировать взгляд, можно забыть о том, что находишься в кабине самолета. А если развито воображение – а у меня оно развито – можно представить себя птицей, не спеша летящей греться в солнечных лучах. Не спеша – обманчивое впечатление. Скорость самолета в данный момент – я скашиваю глаза на один из приборов – 912 км/ч. Мягкость и неторопливость полета очень иллюзорна. Но я люблю иллюзии.
Руки делают легкое движение, принимая управление самолетом на себя. Выключая автопилот. Начинается посадка. Самолет снижается. Очень скоро он окажется в белой толще облаков. Руки делают необходимые манипуляции как будто сами по себе. Хотя они и делают их сами по себе. Я в этом никакого участия не принимаю. Я всего лишь гость здесь. Гость, которому уже пора уходить…

На столе лежали остатки трипа. Безвредный и безобидный препарат - он позволял проникнуть в мозг другого человека. Видеть мир его глазами. Практически - того, которого ты знаешь. Теоретически - некоторые умудрялись посмотреть на мир глазами звезд, политиков, смертников... Естественно, препарат запретили.

Естественно, это никого не остановило. После небольшой доработки, которую по слухам сделал какой-то химик самоучка, с помощью модифицированной версии препарата можно было не только видеть мир глазами другого, но и чувствовать. Известно, что мозг человека работает на 7% от своих возможностей. Получалось так, что у тебя появлялась возможность влезть в остальные 93%. От одной до 15 минут в зависимости от дозы.

На препарате начали делать деньги. В том числе и мы с друзьями.

Хотя трип стоил недешево, очень недешево (за удовольствие надо платить, не так ли?), популярен он стал в самых разных слоях общества. В узких кругах разных слоев общества. Ревнивые супруги, следящие таким образом за своими спутниками жизни, боссы, следящие за своими подчиненными, подчиненные, пытающиеся подсидеть боссов, пары, искавшие новых ощущений в сексе, фрики, залезающие в мозг животным.

Ко всему прочему, катализатором безнаказанности являлось то, что сих пор не существовало тестов, чтобы выявить наличие препарата в организме. Собаки не брали его запах. Детекторы его не определяли. Дилеров невозможно было взять с поличным - дозы отправлялись клиентам обычной почтой. Получаешь деньги на счет, кидаешь письмо в почтовый ящик - дело сделано. Счета были якобы благотворительными, мы создавали сайты с просьбами помочь тяжело больным, светили эти счета, деньги с которых, благодаря хитрым банковским схемам (которые я сам до конца не понимаю) растворялись бесследно для любых проверок органов внутренних дел. Более того, что являлось самым странным – невозможно было определить состав препарата. Его химическую формулу. Ее знали единицы – таинственные производители трипа.

Да, и естественно, мы принимали его сами. Свободный (и почти халявный) доступ к препарату, его безвредность для организма и любопытство делали трипы регулярными. Частыми, если быть честным.

Когда надоело залезать в мозг подружек во время оргазма, в мозг руководителя, когда его вызвал генеральный (после этого я уже совсем не хочу быть на его месте, кстати говоря), в мозг гаишников, даже в мозг гастарбайтеров на стройке - захотелось экстрима.

Именно тогда мы поняли, что байки про посещения тел звезд и политиков это не байки.

Постепенно просто посещать оказалось мало... Попутно с этим выяснилось, что при определенном навыке можно корректировать действия "проводника". Не менять кардинально, но корректировать.

Это оказалось очень весело. Алина Кабаева во время интервью сказала, что без ума от Вани Евсеева. Это дилер с южной части города поспорил с друзьями, что она так скажет.

Николай Басков сорвал свой концерт, сказав, что не может больше петь такое унылое говно. Ваш покорный слуга постарался. Вратарь сборной Бразилии по футболу, пропустивший абсолютно нелепый гол от нападающего нашей сборной…

Конечно это требовало огромной концентрации и усилий. Но вместе с тем оказалось что возможности постепенно растут.

Впрочем, было бы неправильно думать, что мы только хулиганили. Однажды, ради развлечения я залез в голову соседке. Довольно миловидной кстати. Оказалось что девушка на грани самоубийства. Я подарил ей букет цветов и после долгих уговоров (настроения нет, ничего не хочу и так далее…) сводил в кино. Не знаю, сыграло ли это свою роль, но суицидальных мыслей с тех пор у нее не было. Иногда людям достаточно совсем немного внимания, чтобы вернуть их к жизни.

мы думали, что ажиотаж, а вместе с ним и спрос, со временем спадет. Люди должны были понять, что у любой медали есть две стороны. Сами посудите – влезть в голову жены, когда ее трахает любовник – ощущения наверное не из приятных. В голову подчиненного, который думает что ты конченый мудак. Но количество клиентов не уменьшалось. Любопытство очень часто оказывается сильнее страха. Любопытство – одно из немногих чувств, которое помогает побороть страх. Еще любовь и ненависть. Но любопытство, по частоте побед над страхом в наше время уверенно держит первое место. В мире, где любовь к противоположному полу все чаще значит новую машину и стабильный хороший доход, а подобие ненависти возникает зачастую к вещам и людям, которые потенциально могут изменить привычный тебе жизненный уклад, страх и любопытство - основные чувства. Единственные не суррогатные чувства, которые еще остались у людей. Мы боимся, что придется что-то менять, но нам любопытно все новое. Вот такой вот парадокс. Желание узнать что-то новое, но узнать это, используя защитный скафандр и микроскоп. В рациональном мире люди не желают рисковать псевдодостигнутыми ценностями. За одинаковыми столиками, кроватями и кухнями из ИКЕИ выстраиваются очереди. В офисах все чаще слышишь о покупке новой кофточке от Гуччи. Мы хотим машину не хуже чем у соседа (коллеги, друга, подруги, родителей подруги, еще кого-то – подчеркните нужное). Именно такого цвета. Ну может чуть другого оттенка, но стараниями глобальной стандартизации и рационализации количество цветов ограничено и мы выбираем такой же как у соседа. Искренне думая, что нам нравится этот цвет. Старик Хоттабыч как будто был клонирован, чтобы исполнять любые желания людей. Хочешь новую машину? Вот кредит, который позволит тебе ее купить. Кризисы 98 и 2009 годов никого ничему не научили. Когда тебе наступили на ногу, ты можешь помнить это годами. Когда тебя поимело государство, ты забываешь это очень быстро, потому что персонажи меняются. Они навязывают нам суррогатное счастье, каждый свое. Точнее, все одно и то же, но разными словами. А мы верим. Как верят в приманку бараны, которых ведут на убой.

***

Зазвонил мобильник. Mp-3 сигналы я не ставлю - просто из-за того, что не слышу их. В квартире постоянно (и довольно громко) играет музыка. Соседи снизу несколько раз жаловались, даже звонили в милицию. В тот раз пришел участковый, пообщался со мной (приветливая улыбка, честные голубые глаза (хотя не думаю что он их рассмотрел), чистая и довольно дорогая одежда и тысяча рублей «за беспокойство, ну у вас же работа тяжелая, а тут разная пьянь по всякой ерунде отвлекает»), с соседями (хронические алкаши, в 40 лет выглядящие на 60 с хвостиком…), сделал выводы и больше не беспокоил.

- Леш, привет

Это Лена – вроде как моя девушка. «Вроде» как потому что ни я, ни наверное она до конца не понимаем наших отношений. Но видимо обоих все устраивает, поэтому мы периодически видимся.

- Привет Лен

- Ты чем занимаешься?

- Я дома сейчас, собираюсь к Юрику ехать

- Ой, а я тоже хочу

Ой, а кто бы сомневался… у Юрки всегда есть гаш, поэтому и хочешь… Вслух я естественно этого не сказал. Лена не знает чем я занимаюсь, поэтому мне ее видеть там совершенно не улыбалось… но теперь сливать ее уже как-то неудобно.

- Ну приезжай часам к девяти к нему

Сейчас чуть больше семи, через минут 30 я уже буду у него, Лена наверняка еще задержится - хоть поговорить успеем.

- Оки, до встречи

- До встречи

Пару месяцев назад она бы сказала «Целую». Полтора месяца назад меня бы напрягло то, что она этого не сказала. Но не сейчас… А с другой стороны, это даже и хорошо что нам обоим становится все равно… Взаимное равнодушие лучше, чем равнодушие одного к чувствам другого. А может я и не прав, ну да неважно.

Я одеваю ветровку, потом беру ключи, телефон и пистолет. Это обычный травматик, с разрешением (законно полученным кстати, что сейчас редкость). И то, что я его ношу никак не связано с дилерством – просто на улицах последнее время стало как-то слишком много отморозков. Иллюзий насчет своей неуязвимости я не питаю, да и применять его не приходилось. Но с ним спокойнее.

На улице довольно прохладно, хотя почти лето… московский климат, что тут скажешь.

Я дохожу до Сокольнического вала, перехожу дорогу, закуриваю и поднимаю руку. Через пару минут останавливается машина. Девятка кажется.

- Алексеевская, триста

Водитель кивком показывает согласие. Ну еще бы – за такую поездку красная цена полторы сотни, но торговаться и, чего доброго, ждать другую машину мне не хочется.

Вечером в субботу машин на дорогах немного, мы быстро проезжаем третье кольцо и уходим на Проспект Мира. Юрка снимает квартиру в старом доме недалеко от метро.

Мы сидим уже минут 20. Юрик рассказывает про знакомого знакомых, которому якобы удалось заставить одного из руководителей ВТБ перевести на свой счет миллион долларов. Обычный гон, сколько раз мы все это уже слышали. Я молчу. Мы немного дунули и после этого мне элементарно лень разговаривать и что-то кому-то доказывать.

Здесь еще Саша – очень милая интересная девушка. Отношений ее и Юрки я в упор не могу понять – то ли они просто дружат, то ли встречаются… Но на всякий случай не лезу.

Саша смеется, и говорит

- Леш, перевел бы мне пару миллионов.

- А сама что?

Вполне резонный вопрос кстати, Саша начала трипы раньше меня.

- А я может хочу почувствовать себя стервой, и загребать жар твоими руками

- Используй меня по другому – говорю я и смеюсь

Глупая шутка конечно, но Саша не обижается. Тоже смеется. Блин, какие у нее глаза все-таки красивые. Зеленые. Редко бывают такие глаза у темноволосых девушек. А довершают притягательную картину средний рост, аккуратная фигурка и игривая, но добрая улыбка. Красная футболка обтягивает аккуратную грудь. То есть, грудь я не видел, но мне кажется, что она аккуратная. Ну вот как-то так.

У Юры звонит телефон. Он берет трубку, спрашивает

- А что там?

Потому говорит:

- Ладно

Кладет телефон на стол и идет к компу. Ноутбук у него всегда в спящем режиме. Он включает аську, там сразу всплывает какое-то сообщение. Мне это не особо интересно, поэтому я перевожу взгляд на Сашу. Впрочем, долго полюбоваться мне не удается, нас подзывает Юра. Голос у него довольно взволнованный.

Он жестом показывает на экран – там открыт новостной сайт. От заголовка мне становится не по себе… Значит это не чушь?

«Известный переводит 10 миллионов долларов неизвестному лицу»

«Проверка выявила крупную недостачу при проверке ВТБ»

«Эксперты предполагают психотропный след»

«Новый наркотик. Пугающие возможности?»

От волнения я не могу сосредоточится и прочитать всю статью целиком. Глаза фокусируются на отдельных абзацах, до мозга в свою очередь доходят только обрывки информации.

Кое-как я заставляю себя успокоиться и пробегаю глазами статью.

Вкратце суть такова – внеплановая проверка Центробанка выявила недостачу в 10 миллионов долларов (или меньше, новостные сайты и приукрасить статью могут). Ответственный за внешнеэкономические операции помнит, что подписывал разрешение, операционист помнит, что осуществлял перевод. Оба предполагают гипноз или психотропное воздействие на них. Счет, куда переводились деньги, заморожен, идет установление личности его владельца (которое скорей всего ничего не даст – мало ли таких счетов, оформленных на алкашей). Банк шерстит МВД, ответственные лица взяты под стражу. Судя по статье, органы не очень то верят в гипноз, но версию отрабатывают.

Я отхожу от компа, закуриваю. Спохватываюсь, понимая что Юрка курения в квартире не одобряет. Но он молчит. Мы переглядываемся с Сашей, она кивком головы показывает на сигарету, я достаю пачку, протягиваю ей. Юрка что-то пишет по аське. Я докуриваю, ищу взглядом куда деть окурок… Замечаю что Саша тоже докурила, беру ее бычок тоже, иду выкидывать их в туалет. Возвращаюсь. Проходит минут 5, а может и меньше.

Юрка отворачивается от экрана.

- Они вдвоем работали. Один «сел» на операциониста, второй на директора по внутренним операциям.

- Кто работал то? – перебиваю я его. Надо бы дать рассказать до конца, но здравого смысла во мне сейчас немного.

- Рыжик с каким-то типом, не знаю.

Рыжика я видел пару раз – забавный, с виду добрый и безобидный парень . Правда лысый как пень – почему его Рыжиком прозвали - хрен знает.

- Они даже счет как следует не прятали – думали пока денег хватятся – они успеют их перевести и свалить. Видимо при попытке перевода на свои счета их спалили. К Рыжику уже приходила милиция.

- Бля… его взяли?

- Дома не было. Благо кто-то из соседей позвонили кому-то из друзей, что к Рыжику мусора приходили. Сейчас прячется где-то.

Я перевариваю услышанное. Слишком много и сразу свалилось на разум (на остатки разума), чтобы он работал адекватно и эффективно. Шок проходит. Не спеша, медленно, нехотя, но проходит и мы обсуждаем произошедшее. В итоге разъезжаемся по домам. Уверенные что нас это не коснется. Выкуренный за вечер гаш превышает лимит, при котором наступает чувство измены, мы расслаблены и уверены, что нам ничего не грозит. Мы же не при чем. Или При чем? Или грозит? Где-то там внутри меня (внутри каждого из нас) нотки паранойи пытаются достучаться, пытаются выбраться наружу, но стражник Его величество гашиш их не пускает. Я охотно позволяю ему это делать. Так проще.

***

Он собирался спать, когда зазвонил телефон. Разум только начал расслабляться, давая мозгу и всему телу забыть о довольно напряженном, насыщенным рабочими проблемами дне.

Он вынул телефон и удивленно посмотрел на дисплей. Номер не определился. Такое с ним случалось первый (и очень надеюсь, что последний – подумал он) раз. Помедлив, он нажал клавишу приема вызова.

- Алло. – голос, несмотря ни на что, был уверенным. Как и подобает бывшему сотруднику ФСБ, а ныне занимающимся тем, что политкорректно называют «частные консультации».

- Сергей Борисович? – голос на другом конце был не менее уверенным. Голос человека, знающего не только чего он хочет, но и прекрасно понимающего, что он этого добьется.

- Слушаю.

- Я хотел обсудить с Вами один вопрос. Наши общие знакомые сказали, что Вы можете помочь в решении одной проблемы. Мы можем встретиться?

- Давайте начнем с того, что Вы представитесь. Я не люблю разговаривать с незнакомыми мне людьми, тем более встречаться.

- Нагорный, Михаил Васильевич. – голос на том конце трубке чуть помедлил. Только чуть. – я помошник…

- Я знаю, кто Вы. Когда Вы хотите встретиться?

- Сегодня, если это возможно.

- Сегодня я ложусь спать. Давайте завтра. Завтра утром.

- Дело не терпит отлагательств. – голос Нагорного чуть-чуть поменял интонацию. На более раздраженную. Но он держал себя в руках. – Я пришлю за Вами машину. Это действительно очень срочно. И цена вопроса тоже очень достойная – добавил он.

- Ну хорошо, записывайте адрес

- Я знаю Ваш адрес.

В трубке раздались короткие гудки. Он тоже нажал клавишу отбоя и задумчиво ветел в руках аппарат.

Зверев, Сергей Борисович не привык когда ему указывали. Хотя его работа подразумевала подчинение заказчикам, пусть не прямое, но подчинение, к нему всегда обращались… скажем, более уважительно. Подобострастно. Очень жесткий человек 42 лет, окончивший Высшую школу, тогда еще КГБ, более 10 лет отработал по своей прямой специальности в департаменте контрразведывательных операций уже ФСБ, сменившей вывеску как раз к моменту окончания им учебы. Потом, сориентировавшись в ситуации в стране, разрываемой на части вчерашними бандитами всех мастей, написал заявление, и пустился в свободное плавание. Борясь за свой кусок пирога. Никаких трудностей при этом не возникло – определенному кругу людей всегда нужны были люди с его знаниями и навыками. И платили они хорошо. Очень хорошо. А деньги он любил.

Пора было выходить. Быстро одевшись, он спустился вниз. Дом старой постройки стоял недалеко от Ленинского проспекта. Немногочисленные друзья шутили, что на гос. службе он квартиру в таком доме не купил бы. Впрочем, количество людей, которым он прощал редкие шутки на тему его работы и схожести имени с довольно известным поп-персонажем неопределенного пола, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Машина – черный БМВ седьмой серии с мигалкой и номерами серии Е КХ уже стояла у подъезда. Помошнику депутата, коим являлся Нагорный, ни таких машин, ни мигалок, ни тем более номеров такой серии не положено. Что доказывало информацию, имеющуюся у Сергея – должность депутата для нагорного не более чем ширма. Ширма, через которую при более пристальном взгляде просвечивал совсем другой род деятельности и сфера интересов, нежели забота о благе народа. Да и кто сейчас о нем заботиться?

Сергей открыл заднюю дверь и уверенно сел на кожаное сидение.

Машина плавно, но уверенно тронулась с места.

Через час он сидел напротив Нагорного в одной из комнат загородного дома.

- Простите что выдернул Вас на ночь глядя, да еще и загород. Вы понимаете, не хочется обсуждать такие вещи в людных местах.

- Я понимаю. Если можно, ближе к делу.

- Вы уже слышали о деньгах, пропавших из ВТБ? Очень крупная сумма была переведена на неизвестные счета, причем делали это не последние в банке люди. Которым руководство всецело доверяло. Об этом сегодня писали все газеты.

- Я не читаю газет, простите.

Нагорный положил перед ним «Ведомости». Быстро пробежав статью глазами, Зверев поморщился.

- Доверяй, но проверяй. Насколько я понимаю, виновные уже арестованы. При чем здесь я?

- Сергей Борисович, я хочу быть уверен, что услышанное Вами не выйдет за стены этой комнаты.

- По-моему, просьба излишняя. Вы знаете мою репутацию, раз обратились именно ко мне.

- Да, действительно. Так вот – помолчав минуту, словно собираясь с мыслями, - начал Нагорный. – Наши аналитики, сделали вывод, что виновные были по сути марионетками. Пешками, которые сами не знали, что они делают.

Сергей криво усмехнулся, но ничего не сказал.

- Вы конечно слышали о новом наркотике? Трип?

- Эта чушь, которая позволяет смотреть на мир глазами другого человека? Слышал, даже пробовал, но при чем здесь эти детские шалости…

- Известны случаи, когда людям удавалось не только смотреть глазами другого человека, но и, скажем так, совершать действия. Мы считаем, что здесь тот самый случай.

- Хм… можно ознакомиться с отчетами Ваших людей? – Иронии в голосе Зверева заметно поубавилось.

- Конечно. Сергей, мы хотим чтобы Вы, нашли людей, замешанных в этом. Но даже не

Это главное. Я хочу, чтобы Вы узнали формулу трипа.

- Михаил Васильевич, я специалист, но не волшебник.

- Гонорар в случае успеха составит 10 процентов от суммы, которую попытались украсть.

Впервые за много лет Зверев не сразу нашелся с ответом.

- Хорошо, я попытаюсь. Но мне нужны еще люди. Два или три человека – аналитик, и кто-нибудь, что будет способен на решительные активные действия. И несколько шестерок, для слежки и прочей рутины.

- Это не проблема. Здесь – Нагорный протянул папку – отчеты наших сотрудников. Также досье на некоторых людей, занимающихся продажей трипа. Мы считаем что банк – работа кого-то из них. И возможно, кто-то из них близок к людям, производящим трип.

- Хорошо. Завтра я подъеду к Вам в офис. К 11 утра. К этому времени отберите мне людей.

- Не проблема. Адрес…

- Я знаю адрес, Михаил Васильевич – улыбнулся Сергей.

***

часть 2: http://xemyjlb.livejournal.com/82059.html#cutid1
часть 3: http://xemyjlb.livejournal.com/82246.html#cutid1
часть 4: http://xemyjlb.livejournal.com/82592.html#cutid1
часть 5: http://xemyjlb.livejournal.com/82893.html#cutid1

(с) Хемуль

камасутра

2009-12-27T14:39:03Z

Не пройти по воде ногами -
Застучат от холода зубы.
Жизнь по сути своей полигамна,
Но тебя она точно не любит

Не смолкают шумы карнавала,
Но тебя на праздник не звали,
Так что лучше не будь упрямым.
Благосклонность - это так мало,

Но ее на тебя не хватит.
Не сегодня. Не в этом столетии.
Жизнь тебя будет часто трахать,
Только и не мечтай о минете -

ни к чему разочарования,
ты побудь хотя бы час мудрым.
Удовльствия хочешь? Не знаю...
В общем, в помощь тебе камасутра

Ветер перемен слишком слабый.
А когда был сильный - продуло.
С воспалением вернулся. Мало?
Пойди лучше повой на луны -

Может выплеснешь пара остатки,
Сдувшись, словно шарик воздушный
И нет воздуха для подзарядки -
Это вакуум. Скажи, правда глушит?

Правда, нет тишины страшнее?
Правда, рано ты опустил руки?
Только мы себе сами звери,
Делающие слабость продуктом.

Безысходность всегда слишком рано
В дверь стучится огромной глыбой.
Жизнь по сути своей полигамна,
И сегодня она тебя выебет

вопросительный знак

2009-12-21T06:05:13Z

Все чаще хочется что-то сказать,
Но все реже тянет открывать рот
Это лень или слабость? тебе ли не знать
Все что будет у нас - будет наоборот

Я рисую на окнах вопросительный знак.
Все наверно устали от слова "Держись"
Кровь замерзнет. Скажи, растопить ее как?
Если сказки кончаются также, как жизнь

Поиграй со мной в прятки, я знаю места
Где, по всей вероятности, нас не найдут
И, мне кажется, эхо не проникнет туда.
Это классно. Ведь только немые не лгут

Нам всегда слишком холодно. Лучше не жди -
Мысли о вечном лете - банальная чушь
Да, я знаю, как трудно по снегу идти,
Но не хуже чем пить из растоптанных луж

Что же там будет завтра, за этим окном?
Не хотелось гадать, когда солнце зашло
За чужие дома, горизонты... на дно.
Очень сложно терять, то что я не нашел

Не засыпано снегом - залито бухлом...
Все банально, как те мысли 7 строк назад
Я хотел бы сказать, но тут есть одно но -
Открывать рот я в общем совсем и не рад

Я рисую на окнах вопросительный знак
Как из сказки старик всё кидал в море невод
И если сейчас где-то вывешен флаг
То неважно какого он цвета - он белый

И не суть куда плыть - по течению или
Против него - ведь зима, оглянись -
Все замерзло - и кровь, и крупинки пыли
И все сказки закончатся так же, как жизнь

светофор жизни

2009-12-19T17:10:17Z

эти пробки добрались до жизненных троп
завтра вся жизнь встанет в заторах
слишком много красного. и знаков "Стоп".
дотянись до карниза, чтоб закрыть шторы

и закрой глаза. и, хотя бы на время
пусть короткое, очень короткое, но
перестанет бить грубым дятлом по темени
неисправный светофор жизни в окно

как ребенку - не страшно если зажмуриться
да и если мечтать - в темноте то сподручней
где-то там, очень рядом пусть шумят улицы
но ведь тут, еще ближе, есть что-то лучше

эфемерность решает. здесь и сейчас
и тот мир за окном не слишком реален
отпусти меня в мир, где, хотя бы на час,
не один из поступков не будет фатальным

сколько можно ноге жать на эту педаль?
жизнь похожая на рыболовную сеть
все на месте стоят. не спешат? едва ли
просто жизни машина не может взлететь

может стоило там, несколько лет назад
повернуть на развязке? но боязно как-то
вдруг уеду совсем, ну совсем не туда
по прямой ехать проще - ты знаешь же, правда?

стоило бы закрыть ладонью глаза.
жизнь как сигарета до фильтра - не курится
и, хотя здесь нельзя вернуться назад
ты запомни - не страшно, если зажмуриться

без кофеина

2009-12-11T08:54:30Z

А знаешь, хватит страдать фигней, пожалуй
Нужно удачу ловить за ее хвосты
Но удаче не нравится - какая жалость -
Когда люди пытаются быть с ней на "ты"
Но все равно грызть зубами надо
Все возможные виды и подвиды гранита
И не надейся что это первый круг ада -
Это прелюдия. Личная Королевская битва
Жаль не всегда есть за что драться
И битва идет за отсутствие скуки
Но правил не много - наличие панциря,
Пленных не брать. И не опускать руки.
Внутри жестких стен из бетонной жестокости
Не трать зря патроны помощи ближнему
Тепло, ты же помнишь, скоро закончится
Также, как осенью отцветет вишня

Куда ты пойдешь
Если все дороги ведут в одно место?
Может быть подождешь
Или же с пробуксовкой сорвешься с места
Спешка нужна
Только при ловле блох на своем теле
Но вот беда -
Именно это всю жизнь мы и делаем

Ирония в том, что мы с детства умеем
Сладкое видеть только в запретных плодах.
Не замечая боковым зрением,
Что лучшего друга зовут коротко - "Страх"
Страх наступить n-ный раз на грабли.
Куда ни плюнь - сто пудов найдешь фобию
Обожжешься, подумаешь - вот я дурак, бля
И назад в панцирь, залечивать боли
И хочется чтобы фарфор, а не глина,
Но при таком раскладе хуй что получится
Ведь жизнь без чувств - кофе без кофеина
Цвет вроде тот же, а попробуешь - корчишься...
Нужно удачу ловить. Много что нужно -
Их вообще больше, чем китайцев в Китае.
Ясно одно - будьте во всеоружии.
И кстати - очень к лицу этот панцирь из стали

Куда ты пойдешь
Если все дороги ведут в одно место?
Может быть подождешь
Или же с пробуксовкой сорвешься с места
Спешка нужна
Только при ловле блох на своем теле
Но вот беда -
Именно это всю жизнь мы и делаем

рекорды

2009-12-08T07:48:48Z

А зима уже ставит рекорды,
И светлее стало немного
Эта осень была так уперта
И, как все они, слишком убога

Этот снег делает одолжение,
Падая не спеша на дороги
Снова остановилось движение,
И заполнились радостью блоги

Это сонное утро снова
На повторе, но с новой картинкой
За окном. Там наверное холод
Ведь на стеклах узоры из льдинок

Снова важно проверить почту,
Снова в ней нет ничего важного
Спешить жить так хочется, срочно
В этом замкнутом мире бумажном

Те же песни в колонках качают,
Те же планы, те же надежды
А зима пришла тихо - встречайте -
В этот мир,где всегда все по-прежнему

По одним и тем же маршрутам
Не один накатан экватор,
Кто-то жизнь крадет по минуте
Этот кто-то я сам, вот беда то

Мир живет где-то там, параллельно
А мы думаем - значит так нужно
А зима хлопья белые стелет,
Укрывая замерзшие лужи

Тратим время, а времени нету
Только дом и офис реальны
Позитива? Спросите у ветра,
Ведь ветра не бывают печальны

Скоро год с номером два-ноль-десять,
Снова надо за что-то бороться,
Снова всё кажется слишком пресным,
Снова, чтобы не думать, напьемся

Снова новое, но только в планах,
И хотелось быть более бодрым...
С понедельника. Точно. Ну правда...
А зима уже ставит рекорды

паутина

2009-12-02T09:03:00Z

оплетали коконом, душу высасывали
по капле. разговорами долгими
заманивали. забирали в рабство
положив сердце на пыльную полку

сморщенное. бьется, но уже нехотя
и стук скорее похож на скрежет
среди этих полос цвета перхоти -
никто не увидит и не разрежет.

а лапки плетут за нитями нити -
паук работает сверхурочно
а раз ты открыт, значит нечем крыть -
мягкостью не пересилить прочность

зубами не выгрызть, словами не вымолить
спасения. створки капкана захлопнуты
мягко. без звука. тишина пилит.
давит. пока перепонки не лопнут

отсутствие звуков. отсутствие смысла.
бесперспективность вплетается в волосы
думал ли ты что эта жизнь кислая,
как цвета перхоти липкие полосы?

наверное нет. только поздно об этом -
анализировать то, что потеряно
глупо. бессмысленно. просто нелепо
и жил вроде не без чувства меры, но

приманка настолько маняще-сладкА,
что не видно предупреждающих знаков:
"паутина!". ты радовался, пока
оплетали коконом? душу ели как злаки?

Иванушка-дурачок

2009-11-23T19:24:59Z

Я бы хотел кого-то чем-то порадовать, но
Настроение как назло опять писать ересь
День. Другой. А дерьмо каждый день одно
И то же. И глупо искать в этом прелесть

И хочется сделать сказку, но вот беда -
Остался свободным по ходу только один персонаж.
А мне Иванушка-дурачок не нравился никогда
Да и, если по-честному - все это блажь -

Никто не оценит попыток раскрасить жизнь -
Двери закрыты. А иногда просто цвет не тот.
И не столь важно держаться, как говорить "держись",
Иначе волны сломают твой маленький плот,

Накрыв пеной жалости до самых корней волос.
Своё ближе к телу, даже убогость и стыд -
По-трезвому хочется очень впасть в анабиоз,
Когда понимаешь что выбор один - болит/не болит

Чужое/свое, кто виноват? Вы или мы?
В вопросах не видно и тени ответов и вот:
Сказка закончилась до начала последней главы -
Иванушка-дурачок забил на всех жар-птиц болт

На печке теплее, избушка ждёт, и
Смысл жизни гораздо проще поискать в google
Не важно как именно ставить себе нули,
Люди не уголь. Люди пепел от Угля

Долго ли, коротко, но к этому автор и вёл -
истории разные, дерьмо каждый раз одно
Каждый что-то искал, но никто ничего не нашел.
Я бы хотел кого-то чем-то порадовать, но...

сорняк

2009-11-18T09:27:51Z

Они какие-то странные, мне всегда так казалось
Как будто их механизмы с рождения разлажены
Боятся старости, тем самым приближая старость
И даже их идеалы как корабли бумажные.
Их героизм - пойти за сигаретами ночью,
Даже не думая, что звезды достойны взгляда.
Асфальт интересней. Асфальт сжимает до точки
Зрачок. Ну что поделать, наверно так надо.
И, хотя каждый в определенный момент становится Брутом,
Взяв только худшее от инстинктов дикого зверя,
Но они искренне делают вид, что не врут
И я так же искренне делаю вид, что верю...
Хотя всегда было не очень понятно, как это -
Верить чувствам меньше, чем верить условностям.
Всё дело в том, что аргумент не всегда является фактом
И то, что нам говорят, не всегда является новостью
Черновик жизни написан так, что мозг иногда выносит -
Ничего сложного вроде, но почерк очень корявый
И я люблю читать, но только не этой осенью.
И не об этом - мне кажется это неправильно.
Да и вообще, его бы переписать набело,
Или, что еще лучше - написать свою версию,
Но кто же позволит играть по собственным правилам?
Да и неинтересно вот так - когда всегда весело.
Так много вокруг этих лиц и каждый мнит себя рупором.
Истиной. Абсолютно последней инстанцией
Прожить жизнь впустую действительно было бы глупо,
Но в легионах "но" и "что если" сложно не прятаться
Искать эти "но" - в этом каждый по-своему маньяк,
И есть подозрение, что по-другому никто не умеет
Но плохо не то, что где-то растет сорняк
А то, что этот сорняк считает себя орхидеей.
Для этих иллюзий даже не нужно воображения -
У самомнения шоры для глаз получаются лучше
И где-то потом, мы будем стрелять на поражение -
Ведь хочется выкрутиться. Но в этот раз не получится -
Придется платить за грехи. Скажите, а можно налом?
Я, как пить дать, покажусь здесь кому-то грубым -
Поверьте, ничего личного, но черезчур заебало
Писать то, в чем соплей как в носу больного простудой

дыхание=)

2009-11-09T18:40:07Z

мой первый (надеюсь не последний) стих, который можно услышать)
огромное спасибо за это alien_chair

</div></div>
Аудиоклип 110.mp4 - alien _chair</div>
Руфь, правда обалденно!;)

поиграем?

2009-11-06T12:40:58Z

Любопытство... а что оно стоит?
Задешево куплено, наверное по глупости
Ненужные вещи, ненужные будни,
Наивно считать свои шишки мудростью
Было бы лучше всегда улыбаться -
Вас же учили работать на публику
Но скорость у жизни почти 220
И боязно так, что страх виден в облике
Оденем костюмы, чтоб стать декорацией
Театр зовет, кулисы отторгнули
И, дай бог, они не увидят панцирей
За мишурой и игрою упорной
Несложно... а это и не было сложным
С детства научены. Ну я же знаю
Смешать все что было и не было ложным...
Мы поиграем? Да, поиграем

А эти софиты уже так не слепят
И занавес не настолько прозрачный
Как раньше. В далеких "когда-то" и "где-то"
Жизнь разве мрачная? наверное мрачная
Но сколько же можно щуриться глупо?
И не улыбаться под влияньем момента
До выступления остались минуты,
И эти софиты уже так не слепят

Пьеса... по-моему, какая-то нудная
Как им не скучно? Сидят и смотрят...
Ну да и ладно - играть же нетрудно -
Актерский состав отлично подобран.
Жизнь - школа, и если слегка разобраться -
Готовит лучших из лучших актеров
Всё просто - главное спрятать панцирь,
А декораций для этого много
Плакать, смеяться, плакать, смеяться -
Действий порядок запомнить нетрудно
Драма, комедия - в этом нет разницы -
В зале не будет достаточно мудрых
Чтоб раскусить. Чтоб догадаться
Они не успеют - мы раньше растаем
В кулисах как в блике последнего шанса...
Мы поиграем? И не проиграем.

статично

2009-10-27T09:56:50Z

Давно ли все стало слишком статичным?
Настолько что штиль - синоним испуга
И, если честно, ничего личного
Но слишком давно все идет по кругу
Даже не по спирали. Все замкнуто
Тот же пейзаж, дорожки истоптаны
Вкус одинаков у кнута и пряника
И то, что грело, почти уже лопнуло
Мыльный пузырь очень недолговечен
Также как недолговечное счастье -
Чтоб написать не хватит и вечности,
Чтобы стереть вполне хватит ластика

Страшно, когда как воздух остыли,
Как осень холодными стали друг к другу
Каким же наверное уродом был
Тот кто придумал замкнутость круга
И я не хотел бы снова теряться,
Но за меня решит карма испуга
А линия жизни будет сползаться
В эту статичную замкнутость круга

Жизни коктейль "взболтать, но не смешивать",
Добавить по вкусу желчи и пряностей
Давай загадаем - орел или решка
Выпадет на монете усталости?
Кто будет первым, кто точно узнает? -
Воздушные замки ломаются ветром
Небо - свинец, откуда там манна?
Это реальность, откуда здесь лето?
В этом пути нет и не было млечности
Хотели любви? Скажите ей Здрасьте
Чтоб написать не хватит и вечности,
Чтобы стереть вполне хватит ластика

Греет уютом состояние покоя
И это тепло оплавлено воском
Аморфность я сделал бы главным героем
Если хотел бы не выйти за плоскость
Скобки открыты, но только для входа
И этот экспресс едет без остановок
По кольцевой вокруг мертвого города,
И в пороховницах кончается порох
И только статичность всегда будет вечной,
А мы так и будем подыскивать радость
И в общем неважно - орел или решка
Выпадет на монете усталости

риторика

2009-10-22T05:53:24Z

В банке плескается пойло,
В желудке осталась жидкость
И что-то насыпало соли
На старых ран недозакрытость
Слова меняя местами,
Меняя местами жизни
Опять от чего-то отстали
Прилипнув к поверхности склизкой
Терялись и находились
В мирах параллельно далеких,
Разменивая гнев на милость
И жажду на эти строки
И жидкость плескается в банке
И мысли плескаются в русле
Тебя. И я наизнанку
Вывернусь. Ведь не отпустит?
Нас. И мы не погаснем?
(Сейчас в ход пошла риторика)
Я верю. И ненапрасно
И не постольку-поскольку
Я говорю некрасиво
Да и пишу не складно
Но я приложу все силы
Чтобы стало мира мало.
Вектор найдет свою точку
Где нет сопротивления,
И что-то с пометкой "срочно"
Превратит в вечность мгновения.
И то, что раньше терялось
В памяти искажениях,
Останется тем самым парусом
Что обеспечит движение.
И пусть иногда нужна жидкость,
Чтобы сказать слегка лишнее
Меня не волнует скрытность -
Я хочу быть услышанным.
И разум уходит за грани
Того, что он может осилить
И это не бьет и не ранит -
Ведь жизнь бывает красива.

антарктида

2009-10-19T15:46:45Z

Антарктида растает завтра,
Льды заплачут немыми слезами
Слишком долго скрывали правду
Слишком долго... теперь устали
То ли солнце стало поярче,
То ли свойства льдов потерялись
Антарктида осталась мрачной,
Вызывающей скользкую жалость
Только нынче еще больнее
На нее смотреть, глаз не пряча
Слезы льда убивают время,
Не оставив шанса дать сдачи

Антарктида устала быть жадной,
Прятать влагу как деньги скряга
Ни любви, ни смеха, ни правды
Миллионы пустых лет кряду
Только льды... только льды и пингвины
Что топтали остатки гордости
Заставляя за радостной миной
Прятать ложь и немного совести
А теперь, что наружу просилось
Вырвалось, Словно белые вОроны
То ли льды вдруг поизносились
То ли солнце вышло не вовремя

Антарктида больше не прячется
На окраине синего шарика
Стать водой вместо льда - чудачество
Только взвешенное и без паники
И, по капле в соленую воду,
Проникая холода щупальцами,
Перестанет ли быть уродливой
Растворившаяся в земли блюдце
И всё дело не в потеплениях -
Никого чужие не радуют
В мире злых придется быть злее,
Чтоб дожить. И растаять завтра

хотелось

2009-10-18T12:01:12Z

А пожалуй, что-то еще хотелось
Сказать кроме общепринятых штампов -
Что чувство нами еще не наелось
Что наш свет ярче чем от свечей или лампы

Что неважен цвет штор на окнах,
Или плотность шор на глазах усталых,
И шпоры в бока не будут воткнуты
Несмотря на то, что с нами стало

Во что превратились... или кем были,
К чему стремились или бежали
Откуда. Горели или наоборот остыли,
Сами кусались или были ужалены

Важно не это, и дело не в том, что
Так легли карты или там судьбы нити,
И не всегда в окна не светит солнышко,
Только не в этом же дело, так ведь?

Я,если честно, ни разу не ангел,
А ты так похожа на дикого зверя...
Но сложно бежать от всех этих "надо"
К этим туманным, мифическим "верю"

И жажда бьет не только по горлу,
И колет так сильно не только под ложечкой
И громкость на ноль... или на полную -
По хую. Просто перекуси вожжи

Это несложно - найти в себе смелость,
И сохранить ее я тоже рад бы
Потому что что-то еще хотелось
Услышать. Кроме дурацких штампов

многоточия

2009-10-11T12:32:41Z

Я ставлю слишком много многоточий,
Пишу, нервно курю помногу,
Чего-то жду. И то что жду, спешит не очень...
А может просто долгая дорога

И город светлый даже в это время суток,
И осень торкает уже не так как раньше -
Не сильно, антидепрессивно и не мутно
И неохота думать что там дальше

И снова пятница, и снова спать не будем,
И алкоголь опять святое дело -
А что поделать - мы всего лишь люди
Причем, боюсь, не белые из белых

И организм сопротивляется простудам,
И нас очередным пугают гриппом,
А мне бояться стало как-то трудно...
Хотя и не бояться как-то дико

И говорить как есть все так же сложно,
И в этом я похож на все живое
Но я учусь. А ты так осторожна
И хорошо, что нас сегодня двое

И воздух влажный как от возбуждения,
И хочется чтоб музыка погромче,
И надо бы оставить эти прения
Ну... или спрятать их за многоточием

И тишина, и редкие мгновения.
Когда ты спишь - ты так смешно серьезна
А я молчу почти всегда. Почти все время...
Хотя казалось бы, язык без костей острых

И я навязчив, как и эта осень,
И ты подспудно ненавидишь точность,
Но может скажешь то, о чем не просят?
Ну то, что прячу я за многоточием...

фарфоровый дождь

2009-10-09T18:28:20Z

фарфоровый дождь -
сколько стоит такое чудо?
руками не трожь -
трогать осколки банально и нудно.
ладони не сталь -
их кожа податлива и так тонка,
ты просто отстань
от этих крупинок непрочного сна.
грань за спиной -
чуть влево и далеко вниз,
и там рядом ноль
за стертой чертой, где остался карниз
темнеющих туч,
что кажется сделаны как из свинца,
погода заглючит,
и осень зависнет как маска лица -
маска-печаль
маска-усталость, маска-рутина
дождь смоет эмаль
и маска останется скомканной миной
порезы - морщины
морщины, но только издалека...
осколки из глины
и компонентов плюют облака
на мягкие лица,
на краску эмоций текущих ручьем
стоит стремиться,
но все-таки вряд ли мы в цель попадем -
крови ни капли -
осколки не смогут добраться до пор,
до крови резину
в жизнь не прорежет обычный фарфор...
выключить свет -
при свете ты вряд ли что-то найдешь.
ничего нет...
только фарфоровый дождь...